– Ученик воина, я не могу тебе помочь, тебе может помочь лишь твой учитель и этот дом, - Шалье поднялся и сделал шаг к выходу. Я отвел глаза, сейчас Шалье начнет говорить неприятные вещи. В этом я был уверен. Лучше смотреть на что-то другое. Я рассматривал стену, увешанную оружием. Странно, но мне не хотелось подойти и взять оружие себе. Эти ножи, мечи, копья и еще какие-то штуки смотрелись здесь инородно. Шалье сделал еще шаг и оказался между мною и этой стеной. Пришлось посмотреть на него. Шалье говорил спокойно, но значимо, как будто рубил головы.
– Я рад, что повстречал тебя, мне, пожалуй, хватит информации, я займусь своими делами. Ты должен пройти через те двери, так же как и ты Лон. Это решит часть ваших проблем, ученик воина. Сможете сами ходить по мирам. А тебе, ученик воина, я хочу сделать подарок.

Шалье остановился, взвешивая, обдумывая, прикидывая. Мне неимоверно хотелось закричать, чтобы он молчал, ничего не говорил, но я удержался. Шалье принял решение:

– Я не проработал бы так долго главой Академии, если бы не моя дружба с прорицателями. Я знал, что вы придете. Так вот, про тебя ученик воина было сказано, что умрешь в канун Нового года. Про смерть, как правило, говорят тем, кого любят. Воину это дает защиту. Мне такого дара не сделали. Ты, ученик воина, счастливчик. Еще было сказано, что хорошо бы тебе повидаться с драконом, а так же то, что ты будешь хорошим учеником Великого Воина. Из неприятных предсказаний могу сообщить, что какое-то время тебе придется прожить у Черных. Да, еще чуть не забыл, ученик воина, тебе надлежит научиться верить. Если будете у нас, заходите, я сделаю скидки.

Шалье ушел так стремительно, что мы лишь зачарованно смотрели ему вслед.

– Это в порядке вещей, так радовать новых знакомых, а Лон?
– я не знал, что спросить. Да и сам чувствовал, что Лону неловко рядом со мной. Будто сейчас он узнал что-то запретное.

– Прости, что я слышал, - извинился Лон и отвел глаза.
– Шалье не прав, такие вещи надо говорить наедине.

– Не важно, - я с тоской подумал о Новом годе. У нас он должен наступить через три с половиной месяца. Утешало, что у Черных я не так долго проживу, тогда все остальное становилось мелким.

– Жека, а Шалье прав, - Лон посмотрел мне в глаза. Я увидел смесь восхищения и сочувствия.
– Раз нас признали воинами, то этот Дом дарует нам возможность ходить по мирам самостоятельно.

– Я помню, ты говорил о двух возможностях из трех?
– мы уже стояли у двери.

– Да, кто первый?

– Я, если можно, Лон, - я взялся за ручку и сделал шаг в темноту.

В темноте было уютно.

– Легкая смерть или просьба к Богам?
– прозвучал оглушающий шепот.

– К Богам, если они захотят меня выслушать, - я знал, что смерть легкой не бывает.

– Что же ты так не веришь в легкую смерть?

– Откуда я знаю, - я подумал, что шепот тянет время, значит, и мне можно спросить. Вдруг ответит.
– А не могли бы вы подсказать на счет ученика воина.

– Могу, конечно. В тебе живет моя треть, здесь еще треть, а треть, к сожалению, потеряна, - шепот был довольный и чуть веселый.

– В ходе неудачных экспериментов?
– я помянул Шамана Чава.

– Понятия не имею, мой ученик. Твоя душа приняла мою душу. Могу тебе поведать, что теперь мы будем вместе постоянно. Я буду тебя учить выживать в этом мире.

– Зачем вам это?
– мне более логичным казалась попытка чужой души захватить мое тело, а не эта благотворительность в учебе.

– На меня наложили мощное проклятие. Но всегда его можно обойти. Я сумел разделить свою душу. Для этого и строил этот Дом. Потом, видимо я умер. К сожалению, я ничего не знаю о себе после того, как оставил часть души в этом доме. Но судя по тебе треть моей души в тебе.

– А зачем вы это сделали?

– Я разделил душу, чтобы рассеять проклятие. Получилось, что мне не воплотиться в новой жизни, а тогда надо скитаться пустынным духом. А так, эта часть души отработает и в один из дней кто-то выберет неправильно, тогда я свободен.

– Не правильно? Это легкую смерть?

– Именно, у воинов не бывает легкой смерти потому, как не бывает легкой жизни, мой ученик, - шепот стал похож на нормальный голос.

– Я, конечно, счастлив за вас, но хотелось бы понять, что вы делаете внутри меня? Спасибо за помощь, но как-то это мне не нравится, - я вспомнил библиотекаря с дубиной, птичек в лесу и бег по крышам.

– Я буду тебя учить. Ты станешь лучшим и тогда что-нибудь придумаешь. А так, я хоть не буду скитаться без тела.

Дальше говорить было не о чем. Я не стал вопить на счет последнего предсказания о Новом годе. Пусть разбирается сам.

– Ладно, я могу идти? И как этим пользоваться?

– Можешь, я потом подскажу, - пообещал голос Великого воина Гада, и стало светлее. Я понял, что нахожусь в маленькой комнатке. Три шага вперед и дверь. Я вышел в ту же залу, из которой уходил.

Лон посмотрел на меня, кивнул и открыл ту же дверь.

Его не было минут двадцать. Я прислушивался к переменам. Ничего нового не обнаружилось.