— Я смотрю, что-то ты по своему учителю не слишком-то скучаешь… — перебил его Мик.

— Да потому что этот старый козел ничего важного мне не рассказывал и ничему не учил! И вообще он был такой сво… — он вдруг замолчал и начал оглядываться по сторонам. Удостоверившись, что рядом только мы двое, — облегченно вздохнул. А потом вдруг опять заволновался, с подозрением оглядываясь уже на нас. Продолжил он не так, как намеревался сначала: — Он был такой СВОеобразной личностью, но, несмотря на всю свою необычность, он все-таки был великим человеком. Нет, больше — он был великим инаром. Я благодарен ему за все, чему он меня научил, и скорблю о его жизни, как, я уверен, скорбит весь Орден, — и он покаянно склонил голову.

Мик чуть не покатился от смеха, но все же сумел удержаться. Губы сжатыми он держал очень старательно. У него изо рта раздавался неразборчивый хрип.

— Наверное, нехилые у них репрессии за критику руководства, — шепнул я на ухо Мику, отчего тот не удержался и все-таки покатился со смеху.

Впрочем, сдерживался Мик зря: Книл на него даже не посмотрел. Вспомнив, что минута смеха заменяет краюху хлеба — или стакан сметаны? — я немного позавидовал Микову чувству юмора: есть хотелось немилосердно.

Я уж было хотел предаться тяжелым раздумьям о несправедливости жизни вообще и моей в частности, как вдруг… послышался топот копыт. Пока еще далекий, но быстро приближающийся. Мне показалось, что лошади движутся прямо на нас. Еще пара минут, и мы получим шанс с кем-нибудь познакомиться.

— Слышишь? — я тронул за плечо все еще похихикивающего Мика. Секунду он прислушивался, затем кивнул.

— Что будем делать? — спросил он.

— Опять ты спрашиваешь, — возмутился я. — Лучше бы сам что-нибудь предложил.

— Предложу в следующий раз, а сейчас твоя очередь.

— Моя?!!

— Ну, не моя же, верно?

— Верно, — спокойно ответил я. Разве есть смысл с ним спорить?

Топот, доносившийся с северо-запада, становился ближе. По звуку уже можно было определить, что лошадей не просто больше одной, а как минимум больше двух. Если напрочь отбросить оптимизм — можно было предположить, что их целый табун.

То есть теоретически это, конечно, могут быть странствующие миссионеры, несущие благие вести и месячный запас провианта, но отчего-то мне в это слабо верилось. Пошевелив плечом, я понял, что сегодня мне придется рассчитывать только на правую руку.

— Ладно, — сказал я, — оружия пока не вынимай, но готов будь. Может, нас и не станут убивать.

— И вообще обижать не станут, — пробормотал Мик: в его голосе слышались просительные нотки.

Ждали мы недолго. Через минуту из-за небольшого пригорка появилась группа всадников из двух десятков кочевников и трех десятков коней. Они нас заметили и, разумеется, поскакали к нам. Я краем глаза уловил, как судорожно Мик сжимает рукоять меча.

— Подожди чуток, — шепнул я ему, — пусть они думают, что мы не будем сопротивляться.

— А мы что — будем? — спросил он, на время оставляя рукоять в покое.

— Посмотрим, — ответил я.

Спустя полминуты мы находились в окружении плотного отряда кочевников. Оружия они не вынимали — были уверены в собственном превосходстве. Учитывая численный перевес, это не удивительно.

Сначала они не двигались, просто сидели в седлах и разглядывали нас. Через десяток секунд выдвинулся один из кочевников — наверное, вожак. Хотя внешне не отличался от остальных.

— Кто вы такие? — поинтересовался он. Интерес мне сразу показался нездоровым.

— Гуляли, потом заблудились, — неопределенно ответил я.

— А оружие зачем? — осведомился кочевник, глядя на Мика, который рукояти меча так и не отпустил.

— Мало ли… — все так же неопределенно пояснил я.

— Действительно, — согласился кочевник, — имея оружие, вы, в случае чего, наверняка сможете себя защитить, не так ли?

В ответ я неуверенно кивнул. Не то чтобы я ждал от них чего-то хорошего, но я бы все же предпочел, чтобы события развивались проще. Если драться, то сразу, а этот… еще и поиздеваться решил. Ничего, ему самому боком выйдет.

— Но ведь защитить себя, — учительским тоном продолжал кочевник, — даже с помощью оружия, вы сможете только в том случае, если вы этим оружием владеть умеете. Вот ты, — он смотрел на меня, — умеешь пользоваться тем, что висит у тебя на поясе?

— Чего вы от нас хотите? — слабым голосом выдохнул Книл. Надо же, а ведь я уже успел забыть о его присутствии. Н-да, без него у нас с Миком было бы больше шансов, хотя скорей всего — все равно недостаточно.

— Чего мы хотим? — повторил «вожак», на его губах появилась улыбка, — Алан, — кочевник обратился к ближайшему от него всаднику, — Алан, как ты думаешь, чего мы от них хотим?