Иоахим остановился возле небольшой кладбищенской беседки, заросшей прошлогодним засушенным плющом. Усевшись на скамеечку, он достал сигареты и с наслаждением пустил в воздух струю ароматного сизого дыма. Вид разоренного его командой старого замкового кладбища удручал Иоахима. Но что поделать — служба!

— Господин фон Валеннштайн! — оторвал офицера от мрачных мыслей пожилой управляющий замка. — Граф Карди просил узнать, когда можно будет начать приводить кладбище в порядок? Нехорошо, когда покойников вот так, не по-людски… — укоризненно произнес он.

— Можешь начинать прямо сейчас, — махнул рукой Иоахим. — В склепе тоже… почти закончили… — оберштурмбаннфюрер едва выдержал тяжелый взгляд управляющего, с трудом удерживаясь, чтобы не отвести его в сторону. Но негоже истинному арийцу стыдливо, словно не целованной девице, тупить взор перед унтермешем. Но тяжелый камень вины не давал Иоахиму сорваться на ни в чем не повинного старика.

— А что же сам граф не выходит? — полюбопытствовал Валеннштайн. — У меня есть к нему пара вопросов.

— Граф Карди болен, — злобно сверкнув глазами, ответил управляющий. — Они уже три дня, как не встают с постели.

«Как же, болен! — подумал Иоахим. — Небось, скрежещет зубами в ярости, что мы таким бесстыдным образом разворошили его пращуров. Тут кто угодно взбелениться!»

Да только ничего поделать он не в силах, прав Волли, прав! Руки коротки! И он, Валеннштайн, тоже жертва обстоятельств! Приказ, против него не попрешь! Кто ж мог знать, что его перевод с прежнего места во вновь созданную структуру «Анэнербе», суливший такие перспективы, от которых захватывало дух, обернется богопротивным гробокопанием. Неужели у «Наследия» не хватает археологов, которых такими заданиями не прошибешь? Не привыкший темнить фон Валеннштайн напрямую спросил об этом своего непосредственного начальника бригаденфюрера Вейстхора.

— Копай, Иоахим, копай! — ответил бригаденфюрер и тут же добавил:

— Обо всех странностях с мертвецами сообщать немедля!

Но за три месяца работы никаких странностей не произошло. Покойники, как покойники, в меру иссохшие, в меру подгнившие. Вот только гадкие слухи об их команде ползли по Карпатам… Только плевали им вслед владетельные бароны и графы, чьи замковые склепы и кладбища уже распотрошили люди Иоахима. Но открыто бунтовать они не решались: буквально в нескольких километрах устроила полевые учения бригада Псов, которым все равно кого порвать по мановению властной руки. А навлекать на свою голову Псов… Уж лучше самому сунуть голову в петлю! Так что оставалось владетельным сеньорам, лишь бессильно сжимать кулаки, да сыпать проклятия на головы спецкоманде СС под руководством оберштурмбаннфюрера Иоахима фон Валеннштайна.

— Так я могу приступать? — вновь уточнил управляющий.

— Можете. Склеп и кладбище в вашем распоряжении. Да, принеси мне ключи от капеллы и от маленькой часовенки, что на краю кладбища…

— Но ведь там нет захоронений! — опешил управляющий. — Часовня вообще лет сто как не открывалась. — Зачем вам нужны ключи?

— Вот мы и проверим, что там действительно нет захоронений, — разговор с управляющим начал нервировать Валеннштайна. — У тебя есть десять минут для того, чтобы найти интересующие нас ключи! — демонстративно сверяясь с часами, по-военному четко произнес Иоахим. — Если через десять минут ключей не будет — я взломаю замки! Так и передай своему хозяину. Все, пшел прочь с моих глаз!

Спорить с надменным эсэсовцем управляющий не посмел.

— Пускай их сиятельство граф сами разбираются, — трезво рассудил он. — Если меня этот чокнутый немец хлопнет, то ему и слова против никто не скажет. А мне еще и пожить хочется. Не вечно же эти гробокопатели будут здесь ошиваться? Проверят капеллу и церквушку, не найдут ничего и уберутся восвояси. А мы порядок наведем и заживем как прежде! Успокоив сам себя этими мыслями, управляющий поспешил к хозяину.

— Все готово, герр оберштурмбаннфюрер! — отрапортовал выбравшийся из склепа Волли. — Но я распорядился, чтобы парни еще раз простучали стены склепа. Вдруг что-нибудь да пропустили.

— Молодец, — похвалил подчиненного Валеннштайн, — можешь ведь, когда хочешь!

Волли тер руками слезящиеся глаза, болезненно реагирующие на яркий солнечный свет после долгого нахождения в полумраке склепа.

— Не три глаза руками, идиот! — рявкнул Иоахим. — Прям, как дитё малое! Подцепишь какую-нибудь заразу… Чего только руками сегодня не лапал? Не дай бог, ослепнешь! — Валеннштайн, как настоящий командир всегда заботился о здоровье своих подопечных.

— Да я ж в перчатках работал, герр оберштурмбаннфюрер! — прищурясь, отнекивался Волли. — И руки у меня чистые!

— А перчатки ты как снимал? Зубами что ли? — не слушая оправданий подчиненного, гнул свое Иоахим. — На вот тебе, — Валеннштайн протянул Волли чистый платок, — только не лапай его сильно. Промокни глаза и все!

— О, — заметив вылезших из склепа товарищей, воскликнул Волли, промокая глаза платком, — парни вернулись!

— Герр оберштурмбаннфюрер! — доложил штурмфюрер Веккер. — Еще раз простучали все стены, залезли в каждую щель — все чисто!

— Отдыхайте пока, — улыбнулся Иоахим. — Сейчас управляющий принесет ключи, и продолжим!