Шрифт:
— А как же мой блок? Зима на носу! Мы и подготовиться, как следует, не успели! Вы же потом с меня спросите…
— Не перебивай, Пес! — презрительно одернул Незнански гауляйтер. — Блок теперь не твоя забота! На твое место уже назначен новый управляющий.
— А как же я?
— А тобой, Пес, заинтересовалось высшее руководство Рейха. Не знаю, в чем причина такого пристального внимания к вашему брату… Но сначала Путилофф, теперь ты… Не знаю, не знаю… Но мне ясно дали понять, что к прежнему своему занятию ты больше не вернешься.
— А кто конкретно заинтересовался мной?
— Распоряжение поступило с самого верха… От Лютера Зелмера, это личный адъютант фюрера, — пояснил гауляйтер.
— А ведь и Вольф перед тем, как пропасть, встречался лично с фюрером… — Незнански лихорадочно сопоставлял факты, предшествовавшие исчезновению командира и боевого товарища.
— То-то и оно, — развел руками гауляйтер. В Рейхе твориться что-то странное, — взволнованно сообщил он бывшему подчиненному.
— А что случилось? Я как-то замотался совсем — новости даже некогда посмотреть.
— Сегодня сообщили, что фюрер разогнал сенат и объявил военное положение! Грядет большая реорганизация Вермахта, да и всех остальных структур, я думаю, тоже. Что твориться, что твориться? — горестно воскликнул гауляйтер, но тут же осекся: негоже истинному арийцу и гауляйтеру перед каким-то Псом. — Значит так, в Берлине тебя должны встретить. Но если вдруг произойдет какая-нибудь накладка, тебе надлежит явиться в Управление Имперской Безопасности РСХА, лично к начальнику управления бригаденфюреру СС Рудольфу Кригу. Все, выполняй!
— Так я уже не вернусь в Терехоффку? Мне бы личные вещи собрать…
— Все твои вещи будут высланы по новому месту жительства, — сказал гауляйтер. — Таков приказ! Отправляйтесь немедленно! Мой водитель уже ждет тебя в машине. Хайль Гитлер!
На улице бывшего гауляйтера действительно уже поджидал заведенный автомобиль чиновника. Водитель опустил стекло, пробежался глазами по регалиям офицера-Пса и поинтересовался:
— Незнански?
— Так точно!
— Давай, садись!
Через мгновение автомобиль гауляйтера уже мчался на большой скорости в сторону аэропорта. А еще через пол часа военный транспортный самолет с псом на борту вылетел в Берлин.
Глава 11
24.12. 2006 года.
Дальний Восток.
Россия. Тереховское Охотоведническое
Хозяйство.
От гулкого выстрела содрогнулись ветки исполинского кедра, щедро посыпав незадачливого охотника мягким искрящимся на солнце снежком.
— Вот, черт! — в сердцах воскликнул стрелок, облаченный в белоснежный камуфляж. — Ушел, козлина! Вольфыч, ну ты видел? Буквально за секунду перед выстрелом в сторону ушел! Как будто чувствовал, гад!
— Да не переживай ты так, Петр Семеныч! — примирительно произнес егерь. — Мы только что такого кабанчика завалили, любо-дорого посмотреть! А козел этот пущай живет, в следующий раз подстрелим!
— А! — хлопнул себя по шапке толстяк, стряхивая с головы снег. — Твоя правда, пущай живет! Не последний же раз я на охоту выбираюсь. Паша! Паша! Ты где? — позвал верного телохранителя банкир.
— Я здесь, Петр Семеныч! — привлекая внимание шефа, махнул рукой Паша. Облаченный, как и шеф в белый камуфляжный комбинезон, он сливался с пушистым таежным снегом.
— Хватит на сегодня мерзнуть! — потирая щеки, распорядился Петр Семеныч. — Собираемся! Нам еще рождественский ужин готовить!
— Так я уже почти все приготовил, — сказал Паша, надевая на ноги широкие лыжи. — Только свежину осталось пожарить, и можно по пять капель принимать…
— Ну, по пять-то капель мы и до свежины принять можем, — весело подмигнул Вольфычу Петр Семеныч. — Так сказать, для сугреву!
Обмотав веревкой кабанчика, охотники забросили добычу в раскладные пластиковые сани. Добравшись до избушки, Вольф первым делом заскочил в дом, подкинул в печку дров и выскочил на улицу, чтобы успеть разделать не совсем еще задубевшего на морозе кабанчика.
— Вольфыч, давай помогу, — через полчаса предложил свои услуги Паша. — На столе уже все стоит, только свежины не хватает.
— Не откажусь, — оторвался от окровавленной туши егерь. — Бери нож и присоединяйся!
— Так, мужики! — из избушки с открытой бутылкой «Камю» выскочил Петр Семеныч. — По стопарику пропустить, я думаю, никто не откажется?
Заметив довольные улыбки, Петр Семеныч распорядился:
— Паша, тащи стаканы!
Паша метнулся в избушку и через мгновение выскочил обратно, держа в одной руке три граненых стакана, а в другой — блюдце с порезанными солеными огурчиками. Он поставил стаканы на измочаленный чурбак для рубки дров, а Петр Семеныч щедро наполнил их коньяком.