Шрифт:
Став свидетелем столь ужасного события, произошедшего в какие-то доли секунды, Аремис буквально оцепенел от ужаса. Он винил себя за то, что не смог предотвратить убийство. Но дело было сделано, и вместо обвинений он предложил помощь.
— Куда спрячем тело? — спросил гренадинец совершенно обычным тоном. Мирт все еще находился под впечатлением от содеянного. Его гнев улетучился в тот момент, когда Мегрин умер у него в руках. Он не ответил, склонившись над телом. — Давай, парень! С этим уже ничего не поделаешь. Назад его не вернешь. Надо решить, куда спрятать тело.
— Мне конец. Нас, горцев, строго наказывают за убийство соотечественников.
— Мы оба, считай, покойники. Тут такая карусель закрутилась, Мирт. Произошло много такого, о чем ты не знаешь.
— Что ты имеешь в виду? — огрызнулся воин.
— Доверься мне, нам не нужно ни в чем признаваться, — осторожно сказал Аремис, сожалея, что приходится говорить такие вещи. — Подойди помоги мне. Необходимо его спрятать, таким образом мы выиграем несколько часов.
— Для чего? — вяло спросил Мирт.
— Скоро все раскроется, мой друг. Король собирается жениться на женщине, которая этого не хочет и которую он совсем не знает, — сказал Аремис, многозначительно подняв бровь. — Поверь мне, произойдут странные вещи. Сейчас время — наш враг. Я понимаю, тебе трудно, но необходимо выбрать между королем и Лотрином, и сделать это ты должен прямо сейчас. Именно этого я хотел избежать, поэтому просил тебя остаться на улице.
Мирт кивнул с горестным выражением на лице.
— Я уже сделал свой выбор, гренадинец, и предпочел Лотрина.
Аремис продолжил, на этот раз более мягко.
— Хорошо. Сейчас мы точно знаем, Галапек и есть твой друг, и нужно что-то придумать, чтобы его освободить.
— А что мы можем сделать? — спросил Мирт. В его глазах снова засветился огонек надежды.
— Если понадобится, даже умереть, — серьезно ответил Аремис. — Мы должны как можно больше узнать у Рашлина.
— Он находится под защитой короля, — предупредил Мирт.
— Пока король обхаживает Илену Тирск, это не так. Пойдем к Рашлину прямо сейчас, пока Кайлех занят… и, возможно, что-нибудь выясним о Герине.
— Я уже сказал тебе, меня он не волнует.
— Зато меня волнует. И Илену Тирск, когда она выяснит, что ее опекун находится здесь в тюрьме.
Мирт с удивлением посмотрел на друга.
— Ее опекун? А королю это известно?
Аремис покачал головой.
— Думаю, нет, но я собираюсь ему об этом сказать. Мне нужно будет попросить у короля аудиенции. Ты узнаешь, где находится барши, и любыми способами не допустишь его встречи с королем.
— А Галапек?
— Терпение, мой друг, — сказал Аремис, глядя на коня в глубине стойла. — Мирт, ты сделал выбор, и, наверное, понимаешь, что тебе придется покинуть Скалистые горы?
— Ты имеешь в виду сбежать?
Аремис кивнул.
— Я не позволю тебе уйти одному.
Воин вздохнул.
— Так, наверное, чувствовал себя Лотрин, когда помогал убежать моргравийским пленникам. Проклятие, я предам всех, кого люблю, какой бы выбор не сделал. Прости, Аремис, но я не могу обещать, что уеду отсюда.
Аремис решил, что сейчас не стоит настаивать. За них, без сомнений, все решат обстоятельства.
— Иди сюда, нужно спрятать тело, — сказал он.
Мирт подошел.
— Я знаю куда.
Глава 29
Хелин Бенч умоляла мужа пересмотреть свое решение. «Неизвестно еще, как все повернется», — подумала она, вспомнив, как совсем недавно в ее комнате для переодевания он сам уговаривал жену сделать правильные выводы насчет Лейен.
Она неохотно накинула ему на плечи куртку, и человек, которого она любила всю свою жизнь, засунул руки в рукава.
— Мне не хотелось бы, чтобы ты это делал, — опять начала Хелин.
Он обернулся и обнял жену.
— Я все решил, дорогая. Мне очень не нравится вся эта шпионская ерунда. Мы должны разобраться в этих обвинениях, в тактичной форме.
— Эрид, — сказала она, в ее голосе явно звучали и страх, и недовольство, — о каком такте ты говоришь, когда готов обвинить кого-то в убийстве?
— Действительно, — согласился он и указал на шелковый шарф. — Не подашь?
Женщина подошла к стулу и взяла с него длинную полоску шелка.
— Да не просто кого-то, а самого короля! — продолжила она.