– Да вот же он, – ответил хёвдинг, отступая в дальний угол погреба. Он наклонил факел, и ярл узрел человека. Тот сидел с низко опущенной головой, поджав под себя ноги и плотно вжавшись в угол. Человек был грязен, от него несло потом и мочой. Его худое изможденное тело прикрывали рваная шерстяная рубаха и штаны, цвет которых угадать было невозможно. Длинные рыжие волосы полностью закрывали лицо узника, он был бос, а на пальцах ног виднелись следы укусов – явно крысиных. Человек, казалось, не дышал и не подавал никаких признаков жизни.

– Трель? [66] – предположил ярл.

– Не знаю, – пожав плечами, ответил Асбьерн.

– Это не трель, – уверенно произнес скальд, протискиваясь вперед. Он присел на корточки напротив человека, осторожно откинул с его лица грязные спутанные волосы. Открышееся лицо было ужасно – в синяках и кровоподтеках.

– Скорее пленник, – уточнил Сказитель после беглого осмотра.

Веки пленника едва заметно дрогнули. Вемунд взял его руку, нащупал пульс.

– Река его жизни еще течет, – тихо изрек скальд, – но ему нужна помощь, и срочно…

– Ты что же, старик, решил, что я буду возиться с поганым трелем? – резко оборвал его ярл.

Атли в презрении даже отступил на шаг назад и вляпался во что-то мягкое.

– Посвети! – рявкнул он.

Хёвдинг наклонил факел.

– Сожри его Ермунганд, [67] – выругался ярл, – понасрал тут говна! О-о-о боги!

– Хорошая примета, – не оборачиваясь, проронил скальд, – быть тебе богатым, ярл.

Атли пару раз провел испачканным ботинком по полу, пытаясь очистить обувь:

– Да иди ты, старик… со своими предсказаниями. Пошли отсюда, Асбьерн…

– Ты говорил с ним? – вмешался скальд, обращаясь к хёвдингу.

– Да, – ответил тот, – я спросил, кто он такой, но он молчит.

Вемунд наклонился ближе к пленнику и спросил сам:

– Хват хейтир ту? [68]

Человек застонал, дернулся, но не ответил. Скальд повторил вопрос – пленник молчал.

– Можешь возиться с этим трелем, старик, если хочешь, – сказал Атли, – он мне не нужен.

Вемунд успел ощупать руки и ноги пленника.

– Целы, – пробормотал он себе под нос, – все целы…

– Пойдем, Асбьерн, – повторил свой приказ ярл и первым направился к лестнице. Хёвдинг двинулся следом. Скальд поднялся, выпрямился:

– Он не трель, ярл, – бросил им в спину Вемунд, – он воин!

– Был воином, – ответил Атли, не оборачиваясь и вступая на первую ступеньку.

– Ты сегодня убил многих, ярл, но одного ты упустил…

Ярл данов замер. Он порывисто обернулся и, оттолкнув хёвдинга, подлетел к скальду. Атли схватил Сказителя за грудки и хорошенько встряхнул:

– Ты надоел мне, старик, – проревел он, – надоел со своими предсказаниями! Я велел тебе сложить сагу о нашей славной победе, а не забивать мне голову никому не нужным трелем. Ты меня понял, старик?!

Для пущей убедительности ярл тряхнул старика еще разок, так, что затрещала рубаха скальда, тряхнул и отпустил. Вемунд одной рукой провел по щеке, утирая брызги ярости ярла со своего лица.

– Ты упустил сегодня одного воина, – не страшась, продолжил Сказитель, – этот воин твой враг, ярл. И он вернется.

– Клянусь своим мечом, ты сошел с ума, старик! – Атли наигранно хохотнул. – У меня было много врагов, но они уже давно в Валгалле, а за мной Один еще не присылал своих Валькирий. [69] Так что ты возомнил, старик, что я убоюсь еще одного врага?!

– В нем еще течет жизнь, – скальд указал на пленника, – и если ты позволишь мне излечить его, то он приведет тебя к твоему врагу, которого ты упустил сегодня.

– Ха! Хорошая шутка, старик! – Атли еще раз усмехнулся.

И тут пленник громко застонал, дернулся, его ноги, до того сжатые в коленях, выпрямились. Он попытался открыть глаза, казалось, что ему трудно выйти из дремоты. Его веки, наконец, приоткрылись и часто заморгали – свет факела мешал ему. Когда он полностью открыл глаза, его туманный, безразличный ко всему взгляд упал на ярла.

– Дайте пить, – устало выдавил из себя пленник.

Его не поняли. Ярл вопросительно посмотрел на скальда: