– Услышала – кто-то ходит под окном…

– Это я был, – признался он, хотя под окнами не ходил, а сидел, как мышь. – Ну, рассказывай, что с тобой стряслось? Давно ты в подполье ушла?

– Тихо! – страшась, предупредила она. – В окна могут увидеть! А шторы задергивать нельзя! Увидят и сразу придут! Милиция кругом!

– Никого не пущу, – заверил Поспелов. – Я же рядом, ты теперь под моей защитой.

Только давай без… истерик. Рассказывай все по порядку. Я должен знать.

– Сейчас… Дай мне воды. Это я от радости.

Он принес кружку с водой, напоил ее, как ребенка.

– Ты получила сигнал «Гроза»?

– Получила… Но на берегу оказался «джип», и какие-то тюки в кабине. Хотела проверить… А почему объявили «Грозу»?Что-нибудь случилось?

– Да нет, обошлось, – отмахнулся Поспелов. – И что, проверила?

– Я сделала глупость, Георгий… Села к нему в машину. Там стекла затемненные, плохо видно. А он… сразу стал приставать. И не как обычно… Понимаешь, он извращенец, такая гадость… Не знаю, что быбыло, голову чуть не открутил… И тут вдруг камнем по стеклу! Я ничего сообразить не успела, и даже не видела, как все было. Только гляжу, в открытой двери – Васеня с ножом… А этот подонок головой на улицу свесился и выползает.

– Значит, его зарезал Васеня?

– Да… Только из-за стекол я не видела, как. Этот… только икнули все. А Васеня говорит: давай быстро затаскивать его в машину… Я испугалась, он же и мне нож приставил к животу… Пикнешь, и с тобой будет так же. Я ему помогла, за плечи тянула, а Васеня толкал… Потом он сел за руль, а управлять «джипом» не умеет. Заставил сесть меня, и я поехала… В Рябушкином Погосте, говорит, отпущу. Но когда приехали, он этого… выволок из машины и сказал, что еще живой, что его добить надо. И нож мне дает… А он мертвый был, я же видела…

– Я все понял, можешь больше не рассказывать, – Георгий дал Рему воды.

– Нет, расскажу, – с тупой, нездоровой упрямостью сказала она. – Не добьешь, говорит, сначала тебя… изнасилую, а потом вместе с этим в колодец брошу. И я ударила… в живот. А Васеня обрадовался, сказал, что мы теперь кровью повязаны.

Предупредил: дескать, меня сдашь ментам – я сдам тебя. И отпустил…

– Где Васеня?

– Не знаю, наверное, убежал… Ты меня не бросишь сейчас, Георгий? Тебе не противно со мной?

– Что ты, миленькая, – приласкал ее Георгий. – Ты же не виновата…

– Знаешь, как страшно! Тебе приходилось когда-нибудь ножом… в человека?

– Ножом не приходилось… Значит так. Слушай меня внимательно, Поспелов глотнул воды из кружки и неожиданно прыснул в лицо Рема – она встрепенулась, вытаращила глаза. – Вот, пришла в себя! Какая ты умница!.. Бояться тебе нечего. Если станут допрашивать, ты должна говорить следующее: в машину к этому торговцу ты не садилась, но на берегу была, полоскала белье, и вы с ним разговаривали.

Допустим, о том, какая обувь нравится женщинам в сельской местности. Ты немного с ним пококетничала и все. Запомнила?

– Да…

– Слушай дальше. Потом он сел в машину, чтобы достать и показать тебе образцы обуви. Тоже будто бы проявил к тебе интерес. Затем откуда-то выскочил Васеня, ударил камнем в стекло, а когда дверь открылась, то несколько раз всадил нож в торговца. Но ты этого как бы не поняла, и увидела, что торговец вываливается из машины. Васеня стал затаскивать его в кабину, а ты все еще думала, что они просто дерутся. Потом Васеня побежал к тебе на мостки и тут ты увидела в руке его нож. И вроде бы кровь…

– Нет, я так не смогу сказать, – зажимая рот и боясь расплакаться сказала Рем. – Он же… Васеня меня спас!

– Он убил человека!

– И спас меня…

– Хорошо, спас тебя, но убил! Убил же?

– Да…

– Ну вот, – Георгий прижал ее к себе, погладил по голове. – Умница. Скажешь так, как я тебя научил. Ты испугалась, хотела убежать, но Васеня схватил тебя за руку. И пригрозил ножом, чтобы молчала, что он убил торговца из-за тебя. Сказал, что теперь вы повязаны кровью.

Она молча покивала, вытерла ладошками лицо, проговорила трезвеющим голосом:

– Все равно я боюсь… Милиции боюсь и Васеню. Все равно я соучастница.

– Дура ты, а не соучастница, – засмеялся Георгий и поцеловал ее в лоб. Все это нужно для того, чтобы восторжествовала правда. Это маленькая ложь во имя истины.

Такое бывает. Иначе тебя могут арестовать и месяц держать в изоляторе.

Потом, конечно, выпустят, но месяц продержат. А у нас с тобой много работы.

Рем затихла на минуту, осмысливая его слова, прошептала одними губами:

– Боюсь… Спрячь меня, Георгий. Спрячь от всех, прошу тебя! Хочешь, я открою тебе самый главный секрет храбрости? Чтобы ничего не бояться?