Наш новый корпус вдруг загудел и окрасился синими всполохами, которые, впрочем, тут же исчезли.

— Всё, — прокомментировал Жора, — если наши партнёры и установили внутри какие-либо следящие или передающие устройства, то им каюк.

— Верно мыслишь, — хлопнул я себя рукой по голове, — а я как-то даже и не подумал про это.

— У тебя смекалка жизненная, у меня техническая, — хмыкнул Жора, — потому и сработались.

— Раз теперь торопиться некуда, давай хоть внутри корпус осмотрим, — предложил я.

— Почему бы нет, — согласился Жора.

— Током не долбанёт, — уточнил я, отдёрнув протянутую к новому корпусу руку.

Жора улыбнулся и в качестве ответа похлопал по нему сам.

На входной двери в нашу новую тарелку к счастью был сделан механический запор и я легко её открыл, удивившись как плавно она ушла в сторону.

На нас тут же пахнуло запахом жареного мяса.

— Они тут что бешбармак свой жарили что ли? — возмутился я.

Жора залез внутрь тарелки и обеспокоенно оглянулся по сторонам, я залез вслед за ним.

По сравнению с нашим корытом, новая квартирка конечно была замечательной. Всё было сделано в точности, как нарисовано на плане. Дверь открывалась в коридор с широкими нишами, находящимися сразу возле входа справа и слева. Дальше по обеим сторонам были сделаны две раздельные комнаты, а в конце коридор упирался в рубку, в которой по периметру стояли три огромные плазменные панели — наверное раза в три больше тех, которые установлены на нашем НЛО. Точнее стояли только две, а третья сорвалась с креплений во время наших манёвров и теперь лежала разбросанным мелким крошевом по всей рубке. У другой, крайней панели надвое лопнул экран и лишь средняя выглядела вполне целой.

— Это мы легко починим, — не смутился Жора, — всё равно переделывать крепления.

Я попробовал открыть дверь в жилой отсек, но мне это не удалось — здесь двери были на электроприводах и очевидно их механизм погорел после того, как Жора пропустил через корпус свои тысячи вольт.

Я взял обломок крепления плазменной панели и, действуя им как рычагом, подцепил дверь. Та немного поддалась и, обнадёженный, я удвоил усилия. Дверь ещё немного посопротивлялась, но мой напор сломил её — что-то щёлкнуло и она распахнулась полностью.

Лучше бы она не открывалась…

Увидев то, что лежало внутри, меня тут же вырвало. Жора оказался устойчивее и, заглянув в комнату через моё плечо, он оказался в состоянии добежать до выхода из тарелки, где его тоже вырвало.

Наши желудки успокоились довольно быстро — там ничего практически и не было, кроме скудного завтрака и полбутылки минералки, но вот про моральное состояние этого было сказать нельзя. Хотя мы старались не вспоминать впоследствии об этом эпизоде, передо мной ещё долго вставали кошмарные обугленные лица людей, валяющихся в неестественных позах.

Я добрёл до Жоры, который сидел на земле рядом с новым летательным аппаратом и, уставившись в одну точку, ботинком ковырял какой-то чахлый кустик и сел рядом с ним.

— Они сами виноваты, — сказал он, заметив краем глаза моё приближение, — они хотели нас поймать.

— Но они не хотели нас убить, — устало возразил я.

— Ты, значит, думаешь, что они хотели нас в мягкой форме порасспрашивать как это мы летаем и крыльями не машем!? — взвился Жора, — да они бы нас наизнанку вывернули и иголки под ногтями были бы самым приятным воспоминанием из нашей оставшейся жизни!

— Может это просто работники, которые доделывали наши комнаты… — попытался возразить я, но Жора уже, похоже, оправдался перед собой и гнул свою линию:

— Ага, работнички… в касках и с автоматами. Ты поковыряй кого-нибудь, там у него наверняка бронежилет есть под одеждой.

Ковырять никого я, конечно, не пошел, но признал Жорины доводы, тем более что один автомат действительно видел. Жора ещё немного поворчал и повозмущался, но потом затих.

— Что делать-то будем? — поинтересовался я.

— Что-что, — заворчал Жора, — не в милицию же заявлять, выкинем их и дело с концом.

Он встал и решительно направился внутрь. Я поднялся вслед за ним, как мне этого ни не хотелось. Всё-таки оставлять только на него грязную работу было бы свинством.

Подойдя к корпусу я снова почуствовал эту вонь от подгоревшего мяса. Но теперь, зная что это так пахнет, ассоциации у меня возникли не самые приятные и меня снова чуть не вырвало. Справившись с желудком, я поспешил на помощь другу, который уже выволакивал одно из трёх лежащих в комнате тел.