– А сделать это можно только умерев.

– Юрг, я не понимаю тебя. Ты говоришь непонятно. Старик мягко смотрит на Туана, опираясь на свой посох:

– Для того чтобы умереть, необязательно истечь кровью или быть зарытым под землю. Это сложно объяснить, но очень просто сделать.

– Ты уже умирал? –Да. И я, и мой сын…

– У тебя есть сын?

Юрг закрыл глаза, словно вспоминая что-то давно забытое, но необычайно приятное.

– Да, у меня был сын. Такой же молодой и смелый, как ты. Однажды он решил бросить вызов Земле и отправился в тайгу. Он хотел найти там Силу Волка. Не спрашивай меня, что это, я не смогу ответить тебе на этот вопрос.

Юрг открыл глаза и стал смотреть вдаль, на остроконечные верхушки деревьев, выстроившихся сплошным частоколом вокруг поляны, на которой стояло жилище старого охотника.

– А что с ним стало? Он нашел эту силу?

– Лес поглотил его.

– Он погиб?

– В каком-то смысле, да. Тот человек, которого я знал, погиб.

– Как это?

– Он перестал существовать как человек.

– А кем же он стал?

– Тенью. Оборотнем. Свободным духом, освободившимся от унизительных пут рабства.

– Он стал тайшином…

– И как вы себе это представляете? – Всеволод скосил взгляд в сторону старика. – Где мы будем погружаться в сновидение? В этом автомобиле?

Данилыч, явно перегибая палку, захихикал, подражая какому-то комическому персонажу и делая это излишне гаденько.

– А что, в «мерсе» я еще ни разу не погружался.

Санаев нахмурился и стал разглядывать невысокий монолит Демидовского столба, возвышающегося неподалеку от места парковки, в зарослях темно-зеленых кустов.

– Сева, я разве говорил, что мы будем спать?

– А что, разве в сновидение можно войти другим способом?

– Извини меня, Всеволод, я, наверное, действительно не совсем правильно выразился. Мы не будем погружаться в сновидение в привычном для вас смысле этого слова. Мы отправимся на изнанку города Барнаула, и это состояние будет очень сильно напоминать сновидение.

С переднего сиденья назад, через рукоятку коробки передач, перегнулся Филатов.

– Уважаемые, изъясняйтесь, пожалуйста, более доступно. Я, например, вообще не понимаю, как можно отправиться на изнанку города. Вы имеете в виду неблагоприятные районы, социальное дно?

– В некотором роде. Скорее всего, этот наш таинственный незнакомец скрывается именно в старой части города, где уровень правопорядка и благосостояния может быть действительно снижен. Но мы отправимся именно на изнанку города, в его Тень, или, если угодно, в параллельный Барнаул, который находится за гранью видимого города. Доступно?

Филатов переглянулся с Ковровым, но тот был совершенно серьезен, что означало, что хоть старик и позволяет себе некоторые перегибы в общении, все, что он говорит, следует понимать буквально.

– Я хотел бы, чтобы вы обрисовали мне технологию нашей отправки. Как это будет выглядеть? Вы что, знаете особые места, через которые можно проникать в эти параллельные пространства?

– Я вам все позже покажу. Объяснения тут не годятся. Можно только показать, я покажу. А места действительно есть. Интересные места, хочу я вас заверить. И именно поэтому наша экспедиция отправляется в старую часть города. Здесь располагаются точки разрыва. Попросту говоря, лазейки в иной мир. Как только стемнеет окончательно, мы отправимся туда.

Анна чуть приоткрыла тонированное стекло автомобиля, и в салон сразу же потек тонкой струйкой свежий вечерний воздух улицы.

– А что мы будем делать, если вдруг найдем его? Все присутствующие посмотрели на Данилыча.

– Не знаю. Это будет зависеть от того, какие намерения он имеет в отношении нас и как поведет себя. Предполагать что-то сейчас бессмысленно.

Санаев поежился словно от вечерней прохлады, но было видно, что он сильно нервничает.

– А может, есть смысл подождать.