Или, как вариант, часть материалов вернуть - а часть продать. Кто проверит, сколько компов в лаборатории вообще уцелело, не было разрушено бродящими там монстрами? Кто проверит, не возникла ли в помещении "жарка" и не спекла ли в сплошной ком пластика тонкую электронику с битами ценнейшей информации? Кто узнает, сколько жестких дисков удалось потом донести до периметра, а сколько вместе с бедолагой угодило в "карусель" и разлетелось по округе мелкими осколками?

Если принять вариант "Шепелев решил прикарманить часть материалов", то свидетелям все равно лучше заткнуть рты. Бен быстро расколется, если на него надавить, и скажет - сколько уцелевших винтов вынесли.

Выходит, надо сделать так, чтоб вся группа сгинула в чрезвычайно опасном районе. И концы в воду! Правильно Бен сказал - даже если будут потом искать, то все равно мизерный шанс, что какие-то следы найдут.

Хуже всего то, что у Ромки не было абсолютно никаких фактов ни "за", ни "против". Ну не Грищука же об этом спрашивать! А кстати, интересно, он сам догадывается об уготованной ему роли? Если ромкина версия имеет место быть, то Грищук проживет ровно до того момента, как вручит добычу Шепелеву. А потом и с ним что-нибудь случиться. Например, шальной пьяный водитель на переходе... Или в газовой плите кран испортится... Или водка попадется паленая, из метилового спирта...

Конечно, Шепелеву понадобится еще и хороший хакер - чтоб вскрыть данные; сам ведь предупреждал, что там все запаролено. Ну, хакера-взломщика он наверняка присмотрел заранее - такого, которого есть за что на крючок поддеть и плюс такого, чтоб никто его потом не хватился (или, по крайней мере, долго не хватился). И наверняка сделал это тихонько, самостоятельно, чтоб никого больше в дело не посвящать. И ликвидирует хакера потом сам - а что, Шепелев вполне сможет... Кусок-то очень большой и жирный, судя по тому, какие средства уже вбуханы в его добывание.

Не то чтобы Ромку слишком волновала судьба неизвестного ему хакера, просто он по привычке продумывал структуру операции, и прикидывал, за какую ниточку можно было бы ухватиться, чтоб размотать весь клубок. И не находил - за какую. Даже если он сумеет помешать Грищуку, даже если они с Беном выйдут из НИИ живыми и доберутся до периметра, то куда - потом? К кому обращаться "наверх", через голову Шепелева? А вдруг этот кто-то окажется с ним в доле? Вдруг Шепелев и сам - всего лишь исполнитель? И вообще... Что если попробовать договориться с Грищуком по-хорошему? Мол, забирай все винты, возвращайся и доложи, что задание выполнил. Или забирай их же и вали куда-нибудь вместе с ними, обратно к Шепелеву не суйся. Да только согласиться ли он... Ромка, на своем веку повидавший немало коллег по службе, мог с уверенностью процентов на восемьдесят сказать - Грищук на сотрудничество не пойдет. Он не из тех, кто человеколюбием страдает. Даже если попытаться заинтересовать его выручкой за материалы, которую он мог бы положить себе в карман, то Ромку и Бена это не спасет - он просто убьет их, чтоб потом не пришлось делиться. И опять-таки как ненужных свидетелей. Да-а-а, хорошего исполнителя для завершающей стадии подобрал Шепелев, просто превосходного... Остается один выход - не поворачиваться к нему спиной. Пока не будет выключена установка, Грищук точно не нападет - потому, что это может оказаться совершенно не нужным, если Бен не дойдет до выключателя. Ну и на фиг тогда руки марать, спрашивается?! Нет, до того момента он не нападет. А вот потом... Потом его ни на секунду нельзя упускать из поля зрения. И уж тем более не оставлять наедине с Беном. Без Бена шансы выйти из Зоны резко падают, даже при наличии проводника. Дядя Гера не даст стопроцентной гарантии успеха - вспомнить хотя бы "микроволновку"... Нет, мальчишку обязательно надо уберечь. За себя Ромка волновался куда меньше. "Я все-таки тертый калач, а пацан... Кстати!"

Ромке вдруг пришла в голову здравая мысль - что лучше попытаться сделать завтра. Насущная проблема вытеснила более отдаленную и даже где-то в чем-то призрачную - и с этой мыслью он немного успокоился. Как раз настало время передавать смену - Роман растолкал дядю Геру, сам улегся на нагретую подстилку и наконец-то задремал.

Утром Бен вскочил первым. Хотя "вскочил" - слишком сильно сказано. Поднялся - бурча, поскрипывая и постанывая, и все время пытаясь почесаться сквозь комбинезон. Толком не продравши сонных глаз и натыкаясь на разломанные стулья, Бен побрел к двери - наружу его гнала прозаическая необходимость.

– Эй, ты куда это так резво поскакал, по сторонам не глядя?
– вдруг тормознул его голос Грищука.

Грищук сидел у окна. Он показал пальцем куда-то за изгородь:

– Глянь-ка, вон гость пожаловал... Только что объявился.

На улице, с другой стороны полисадника неторопливо, словно наглый таракан по кухонному столу, ползал снорк.

– Ну что, хочешь его стрельнуть?
– Грищук кивнул головой на незваного гостя.
– Или глаза еще не продрал? Тогда я сам...

– Нет-нет, погодите! Я стрельну! Я сейчас!

– Иди вон к тому окну, там форточка открывается...

– Да не видно его, уполз, что ли, - Бен водил стволом туда-сюда.
– Куда делся? Только что тут был...

Снаружи послышался утробный рык.

– А-а, никуда ты не уполз, за конурой сидишь, зараза такая!
– Бен поймал монстра в прицел.

Автомат разразился грохотом. Сонные Ромка и дядя Гера подскочили, протирая глаза:

– А?! Что?! Что случилось?

– Йес! Я его завалил!
– радостно завопил Бен, как будто вмазал в картонную мишень в тире посреди парка отдыха, и выиграл в качестве приза какую-нибудь яркую безделушку.

– Тьфу ты, мать твою, напугал!
– в сердцах сплюнул дядя Гера.

– Один наружу не суйся, - на всякий случай одернул воспитанника Роман, хотя Бен по логике вещей и сам вроде бы должен был сообразить, что этого делать не стоит. Но - логика логикой, а кто знает, что стукнет в голову неопытному пацану.
– Вдруг там еще один, или даже не один такой гуляет.

Как чуял... Метрах в десяти, за кучей строительного мусора на мгновение показалась еще одна багровая спина в остатках камуфляжа. Бен заметил его раньше остальных спутников. Опять треск выстрелов раскатился над поселком.