— И для чего он вам нужен? На роль подопытной крысы? — и тут же добавил — Если вы меня на эту роль сватаете, то разу скажу — я несогласный. Я электричества боюсь, да и вообще… — а потом сменив тон, фыркнул — Вам не надоело? Как по мне, так шутка затянулась. Рассказывали вы конечно очень увлекательно, но я слишком хорошо знаю СИСТЕМУ, чтобы вам поверить. Судите сами — как только государство узнает о вашем открытии…

Увидев внезапно заледеневший взгляд "Профессора" я осекся, а он, катнув желваками, отрезал:

— Государство?! Для меня никто "Сумерки" не отменял! Сергей Васильевич, разве вам не очевидно, если парадигмой общества декларируется и возможность и даже необходимость паразитирования, то обращаться к носителям такой государственности безнравственно?

Ого! Как завернул! В последний раз Игорь Михайлович выражался подобным слогом, когда я, заикнулся о Сталине, обозвав усатого правителя "кавказским палачом". А Сосновский, в ответ, минут на двадцать разразился осуждающим мою позицию монологом, из которого я практически ничего не понял, лишь по интонациям собеседника догадавшись, что он со мной в корне не согласен. Вот и сейчас, кажется, мое предложение "Профессора" сильно выбило из колеи. Обычно он тщательно следит за своей речью и старается не использовать стиль общения принятый в их научной среде, предпочитая разговаривать нормальным языком. Но, похоже, мои слова его чем-то крепко зацепили.

Хорошо хоть его теперешняя фраза была достаточно коротка, и я вполне ясно разобрал в ней принципиальное нежелание сотрудничать с властями. Поэтому, сглаживая ситуацию, примиряюще пожал плечами:

— И что вы так разволновались? Бардак девяностых давно закончился. А президент, что сейчас опять рулит, он ведь вообще — из КГБ. Чего вам еще не хватает?

Игорь Михайлович, похоже, взял себя в руки, ответив вполне понятным языком:

— Отношения к жизни. Власть у нас уже вроде не оккупационная. Но и народной ее тоже не назовешь. Вот когда они докажут на деле что являются патриотами своей страны, тогда и можно будет объявлять об открытии. А пока они детей учат в иностранных университетах, держат деньги в иностранных банках, поддерживают не своего, а иностранного производителя, пока отечественная наука и образование находятся в загоне, наше руководство может не беспокоиться относительно параллельных миров. Пусть по-прежнему личные счета в швейцарских банках наращивают, глядишь и, на тот свет с собой пачку-другую валюты прихватят…

Сосновский перевел дух и как-то сгорбившись, добавил:

— Хотя ты знаешь Сергей, я думал, что хуже чем было у нас, просто быть не может. Но когда попал "на ту сторону" понял, что наш вариант истории это даже не цветочки, а так — пыльца от цветочков.

Я ехидно улыбнулся:

— Ого! Так вы уже ТАМ были? А зачем тогда я понадобился?

"Проф" бросил на меня удивленно-рассерженный взгляд:

— Разумеется, был. Не думаете же вы, что я вообще бы начал этот разговор, досконально не убедившись в полной безопасности функционирования портала?

Не обращая на его недовольство внимания, я так же, с подначкой, продолжил:

— И как ТАМ? Люди есть?

— Конечно. И земля, и люди, и Россия есть. Точнее то, что от нее осталось…

— В смысле?

— В самом прямом. Российской Федерации в том мире больше не существует — видно предугадывая мой вопрос он махнул рукой — Нет. Никакой войны не было. Все было практически как у нас. Только вот по разным причинам, распад СССР плавно перешел в распад самой России. О причинах произошедшего говорить можно долго, но вы ведь политикой не очень интересуетесь, да и не это сейчас главное…

У меня по спине пробежали ледяные мурашки. Это он что… это он всерьез?! То есть наш престарелый сосед на самом деле руководил какой-то закрытой лабораторией? На самом деле проводил эксперименты с параллельными мирами? На самом деле сделал открытие? Бред! Так не бывает!

Я с трудом сглотнул и уже очень надеясь, что все вышесказанное было просто шуткой, выставил руку перед собой, призывая собеседника к молчанию и твердо произнес:

— Игорь Михайлович, вы меня конечно извините, но хотелось бы кое что уточнить. Из всего рассказанного мне понятно — данные о "турнике" относятся к высшей категории секретности. И судя по тому, что за все эти годы никто из властных структур вас не побеспокоил, похоже, вы остались единственным человеком кто о нем вообще знает. То есть вы, единолично, много лет были владельцем бесценной информации способной перевернуть мир. Вот и возникает вопрос — почему именно я? В смысле, почему и зачем вы это все мне рассказали? Мы ведь знакомы буквально месяц и у вас нет никакой гарантии, что я с этими новостями не рвану в ФСБ.

Игорь Михайлович молча поднялся и, выплеснув остывший чай, налил нового. А потом сев, спокойно сказал:

— За этот месяц я вас узнал достаточно чтобы понять — вам можно доверять. А если учесть, что вы совсем недавно были командиром подразделения относящегося к структуре ГРУ, то по умолчанию являетесь человеком, который отлично осознает, что полученные вами сведения имеют гриф "особой важности" категории "А". И поэтому отнесетесь к ним не как какой-нибудь гражданский шалопай, которому хватит ума придать все услышанное огласке…

— Это-то я как раз отлично понимаю! Я не понимаю другого — почему вы думаете, что я не пойду с этими сведениями в компетентные органы?

Сосед пожал плечами и тяжело вздохнув, ответил:

— Потому что я вас об этом попрошу. Просто по-человечески попрошу повременить с походом в госбезопасность. Неужели этого мало?

Я подозрительно посмотрел в выцветшие от старости глаза Сосновского которые так и лучились доверием и чуть не сплюнул. Нет, ну надо же так попасть?! Зараза! Вот как задницей чувствовал, что ничем хорошим его байка не кончится. Ха — "просто попрошу"… тут гостайна высшей категории, а он в игрушки играет. Или… или не играет? Еще раз глянув на старика, я задумчиво пожевал губу.