Что отца убил ты, продал мать. С тебя довольно ли?

Не безумно отвечаю бранью на твою же брань?

Старик

Лекарь, поскорее делай, что хотел ты делать с ним:

Он безумствует, не видишь?

Лекарь

Знаешь, что мы сделаем?

Отнесем ко мне его.

Старик

Ты думаешь?

Лекарь

А что ж? Ну да.

Там по-своему беднягу полечу.

Старик

Ну, ну, снесем.

Лекарь

950 Вот попьешь ты чемерицу [303] так примерно двадцать дней.

Менехм

А тебя плетьми, подвесив, постегаю тридцать дней.

Лекарь

Кличь пойди людей, его чтоб отнесли.

Старик

А сколько звать?

Лекарь

По припадку судя, надо четверых, не менее.

Старик

Мигом будут. Ты тут, лекарь, стереги.

Лекарь

Нет, я домой,

Приготовить то, что нужно. Прикажи рабам — ко мне

Пусть его несут.

Старик

Все тотчас сделаю.

Лекарь

Иду.

(Уходит.)

Старик

Прощай.

(Уходит.)

Менехм

Тесть ушел, ушел и лекарь. Я один. Юпитер! Что,

Почему они безумцем стали называть меня?

Никогда я от рожденья дня не проболел совсем.

960 Не безумец, ссоры, драки затевать не думаю.

Я здоров, другие тоже, как мне это видится,

Узнаю людей, с кем только говорить доводится.

Как мне быть? Домой пошел бы, так не даст жена войти,

(Показывая на дом Эротии.)

И сюда никто не впустит. Вовсе дрянь дела мои!

Здесь побыть? Надеюсь, к ночи впустят хоть домой меня.

Мессенион.

Мессенион

Вот доброму проба рабу, кто о деле

Господском заботится, много хлопочет:

Ушел господин — так же, если не лучше,

Он должен стараться, как будто при нем.

97 °Спина, а не глотка, бока, а не брюхо

Важнее тому, кто умерен душой.

Кто негоден, пусть припомнит, чем хозяин им

Воздает, бесчестным, вялым, леностным рабам.

Изнурение, голод и холод, побои, оковы и жернов -

Цена такая лености: зла злей боюсь я этого.

И вот решил я лучше быть хорошим, чем плохим рабом.

Ведь легче мне словесные побои, чем помои,

Питать готовым хлебом плоть приятней, чем зерно молоть. [304]

980 Вот и служу хозяину послушно и покорно,

И мне оно на пользу.

Пусть другие для выгоды делают — я

Поведу себя так, как обязан

Я питать буду страх, воздержусь от вины,

Всюду буду готовым к услугам,

И рабы, что боятся, не зная вины

За собой, те полезны хозяину,

Кто же страха не знает, тот чувствует страх,

Лишь когда он побои заслужит.

Мне бояться чего? Близко время, когда

За заслуги хозяин меня наградит!

С тем расчетом я служу,

Чтоб спина была цела.

Рабов и вещи поместил в таверну, как хозяин мне

Велел, теперь за ним пришел. В дверь стукну, чтоб

он знал: я тут.

Выведу его, покуда цел, из бездны гибельной,

Но боюсь, не поздно ли: вдруг бой уже окончился!

Старик, Менехм, Мессенион, рабы.

Старик (рабам)

990 Мой приказ перед богами и перед людьми вам тут:

Тщательно и с толком сделать, что велел и что велю.

Этого дружка возьмите и снесите к лекарю,

Если спины и бока вам дороги хоть чуточку.

Бойтесь обращать вниманье, если он грозить начнет.

Что стоите, думаете? Взять его! Тащить его!

Я пойду, у лекаря вас буду ждать.

(Уходит.)

Менехм

Пропал!

Это что такое, право? Что они бегут ко мне?

Вам чего? Что ищете? Что стали вкруг меня? Куда

Тащите? Куда несете? Я погиб! Молю всех вас,

Эпидамняне, на помощь! Что вы не пускаете?

Мессенион

Боги! Это что я вижу? Люди там какие-то

Нагло подняли и тащут моего хозяина!

Менехм

Кто поможет?

Мессенион

Я, хозяин, и со всею смелостью.

Поступок непристойный, злой!

1000 Как это, эпидамняне,

Здесь моего хозяина

Средь бела дня на улице

Хватают в мирном городе!

А он свободным к вам пришел!