– Я вас не боюсь.

– Это потому, что я не иду по вашему следу.

– Вы бледнолицый воин или инспектор уголовного розыска?

– Нe то и не другое.

– Страшнее?

– Да.

– Откуда у вас шрам?

– В юности я работал матадором.

– Встреча с быком?

– Ага.

– И по чьему следу вы сейчас идете? По следу быка?

– Это профессиональная тайна.

– Ах, какой вы хитрый… И вы… вы его арестуете?

– Кого?

– Ну того… по чьему следу идете?

– Еще не знаю. Однако след очень горячий. Как он пахнет! Если бы вы знали, как волнует кровь свежий след!

– Вот как… Значит, вы энтузиаст своего дела?

– Еще какой.

– Вы неподкупный?

– Да.

– Не верю. Нет человека, к которому нельзя было бы подобрать ключи.

– Уже пробовали.

– У вас нет слабостей?

– Есть.

– Какие же, если не секрет?

– Не секрет. Мои слабости присущи всему человечеству: вино, деньги, власть. Ну и, конечно, красивые женщины.

– Ого! И тем не менее вы неподкупный?

– Увы…

– Странно.

– Ничего странного. Просто я люблю идти по горячему следу.

– Зажав слабости в кулак?

– Увы! И еще раз увы.

– Эй! Догоняйте! – донеслось издали. – Скоро полночь!

Оказывается, Евгений Семенович и Шкаф ушли уже далеко. Леонид Георгиевич пропустил Леночку вперед. Они пошли молча. «Он приехал не зря, – подумала Леночка. – На заводе что-то происходит».

Леночка и не подозревала, как близка она была к истине. Главного инженера дружески предупредили из области, чтобы он был очень осторожен с Токаревым, что это не человек – ищейка, и, говорят, ищейка удачливая.

Вдруг раздался оглушительный свист, грохот, и мимо них промчался скорый поезд. Освещенные вагоны слились в сияющую стрелу, с воем унеслись в ночь. Через минуту с поймы и гор опять осторожно надвинулись темнота и тишина и заняли потревоженное свое ложе.

Сразу за мостом главный инженер свернул направо и стал подниматься по тропинке вверх. Все последовали за ним. Леонид Георгиевич шел теперь впереди Леночки, изредка протягивая ей руку в особо трудных местах…

Тропинка становилась все круче. Из-под ног срывались камни и катились к реке, поднимая фонтанчики белой пыли. Руки и ноги до коленей у всех были в мелу, костюмы стали серыми… Наконец пришлось почти ползти на четвереньках…

Когда добрались до входа в Пещеры, Леночка совсем выбилась из сил. Гость же чувствовал себя превосходно. Он шутил, смеялся и хотел немедленно лезть в Пещеры, но Евгений Семенович остановил его.

– Слушайте меня все, – сказал главный инженер. – Здесь легко потеряться, поэтому держаться всем вместе. Если к го отстанет – не паниковать, не метаться, а оставаться на месте и подавать сигналы голосом. Вот вам всем по свече и спички. Зажигать по моей команде. Начальником экспедиции я назначаю себя. Вопросы есть?

– Зря он так, – сказал вполголоса Леонид Георгиевич своей соседке. – Я с детства не люблю всяких команд. Теперь меня назло потянет куда-нибудь в сторону.

– Итак, вперед! – скомандовал Громов.

С этими словами главный инженер включил фонарик и, светя себе под ноги, подошел ко входу в Пещеры. Шкаф и Леночка двинулись следом за ним, держа в руках по свече и спичечному коробку. «Бледнолицый охотник» замыкал шествие.

Через довольно широкий проход они проникли в первую пещеру. Главный инженер тут же осветил ее фонариком. Это была высокая пещера с белыми стенами, закопченная факелами, испещренная различными надписями. Кверху пещера постепенно суживалась и образовывала купол. Сбоку виднелась большая ниша, в которой что-то лежало. Леночка подошла и посмотрела. Там оказался большой букет засохших полевых цветов.

– Когда-то здесь шла тайная служба христиан, – сказал Громов. – Если кто хочет венчаться – пожалуйста.

Желающих не нашлось.

– Прошу зажечь свечи.

Все стали чиркать спичками. Наконец три робких огонька замелькали на фоне прокопченных стен, наклоняясь в разные стороны. Главный инженер не стал зажигать свечи – как первопроходцу ему нужен был мощный фонарь.

– Готовы? Двинулись…

Сбоку, Леночка его совсем не заметила, было небольшое отверстие. Громов, согнувшись, вошел в него. Все поспешили вслед за ним. Леночка очутилась в узком, прорубленном в известняке ходе. Она пошла по нему, спотыкаясь о камни. Впереди силуэтом маячила спина Шкафа, сзади набегала тень Леонида Георгиевича. Было жутковато, и пахло пылью веков…

…Резкий звонок пробудил Леночку от воспоминаний. Она поспешно взяла трубку стоявшего рядом телефона.

– Бухгалтерия…

– Мне Элеонору Дмитриевну. – Голос был мужской, незнакомый.

– Я вас слушаю…

На том конце помолчали.

– Заберите… пиастры…

– Что? – рука у Леночки задрожала.

– Я согласен. Можете забрать мои пиастры.

– Не понимаю… Кто вы? – пролепетала Леночка.

Голос вроде бы отдалился

– Я Старик. Помните вчера ночью? – теперь голое звучал глухо, невнятно – Вы меня видели.