– Это… это самая настоящая чушь. – Габриэль прерывисто вздохнула и стала искать свою маску. – У меня совсем нет времени продолжать это безумие. Не хочешь помочь мне, не надо. Я явно совершила ошибку, придя сюда. Прощаюсь с тобой и желаю тебе доброго вечера.

Цербер коротко залаял, когда Габриэль решительно направилась прочь, но не успела она добраться до двери, как Кассандра позвала ее.

– Габриэль, погоди.

Девушка остановилась и оглянулась. Касс стояла неподвижно, застыв в пятне света от свечки, которую второпях забыла Габриэль.

Так они помолчали какое-то время, потом Кассандра заговорила:

– Я выполню твою просьбу, но предостерегаю тебя. Есть причины, по которым запрещено тревожить мертвых, и это занятие считают черной магией. Обращение к миру мертвых – опасное дело, и в любую минуту все может пойти наперекосяк. Иногда душа, с которой ты хочешь войти в контакт, не желает быть потревоженной, в то время как другие души, несущие зло, легко могут прорваться назад в наш мир через раскрытую тобой дверь.

Габриэль хмурилась, стараясь понять, не пытается ли Кассандра просто запугать ее.

– Ты хочешь сказать, если ты наколдуешь неправильно, может случиться… что может случиться? Можно освободить какого-то призрака или демона?

– Все возможно, когда искушаешь судьбу, играя с темными силами и черной магией.

– Но если все настолько опасно, то почему же ты… почему занимаешься этим? – настойчиво спрашивала Габриэль.

– Мои дни погружены во мрак, вот почему. – Касс не возмутил ее вопрос. – Но стоит мне вызвать мертвых, как я начинаю на самом деле видеть. Для меня это единственная возможность разглядеть другое лицо, и это оправдывает всякий риск. Вопрос: оправдывает ли твоя цель твой риск?

Оправдывает ли? Габриэль была вынуждена признать, что слова Кассандры озадачили ее. Но она подумала о Реми, о том, как рассталась с ним в тот день, когда он отправился навстречу своей гибели, о том, сколько всего несказанного осталось между ними.

– Да, – ответила Габриэль, решительно выпрямляясь. – Моя цель стоит риска.

– Тогда я помогу тебе.

Габриэль осторожно вернулась к тому месту, где оставалась стоять Касс, но ее восторг умеряло подозрение, вызванное столь внезапной капитуляцией.

– Поможешь? Что же заставило тебя изменить свое решение?

Касс передернула плечами.

– Вдруг однажды я посчитаю полезным иметь такого должника, как ты. Я только единожды раскрою для тебя мир мертвых и вызову тебе того, кого ты просишь. Но взамен жду будущей услуги от тебя.

– И какой будет та услуга?

– Как же я могу решить прямо сейчас? – удивилась Кассандра. – Но ты согласишься оказать мне услугу, не задавая вопросов, не допуская отказа. Согласна на такую сделку?

– Мне надо поклясться на крови? – мрачно поинтересовалась Габриэль.

– Нет, хватит простого рукопожатия и твоего слова.

Кассандра протянула руку в сторону Габриэль. Девушка колебалась. Она не выжила бы так долго в Париже, если бы не умела соблюдать осторожность. Конечно, не было ничего опрометчивее, чем давать обязательство, не узнав, в чем, собственно, оно заключается.

– Ну же, Габриэль, – прервала молчание Касс. – Я вовсе не из тех наносящих удар в спину интриганов, с которыми ты имеешь дело при дворе. Я признаю, что наше знакомство имеет слишком короткую историю, но ты можешь довериться мне. Я никогда не попрошу от тебя больше, чем ты сможешь мне дать.

Несколько успокоенная, Габриэль пожала руку Касс.

– Хорошо. Я… я согласна. Сделай это для меня, и я останусь у тебя в долгу. Слово Габриэль Шене.

Они скрепили рукопожатием свою сделку, и странная улыбка тронула уголки губ Кассандры, обдав холодом Габриэль. Но повергшее ее в трепет выражение пропало так стремительно, что девушка подумала, что ей это только показалось.

Касс направилась к буфету и провела рукой по нижней полке. Она задела горящую свечу, которую Габриэль оставила там. Касс изрыгнула проклятие, когда чуть не опрокинула подсвечник и горячий воск плеснул ей на руку.

– Убери от меня свою свечу, – сердито бросила Кассандра. – А затем отойди в сторону.

Хотя и озадаченная резкой командой, Габриэль последовала указаниям хозяйки дома. Она отступила подальше от буфета, держа свечу как можно выше. С выражением предельной сосредоточенности на лице, Касс продолжила что-то нащупывать на полке.

Габриэль не могла видеть, что сделала Касс, но внезапно весь буфет задрожал и заскрипел. Касс проворно отпрянула назад, и Габриэль застыла от удивления. Буфет, качаясь, отъехал в сторону и раскрыл разверзнувшееся отверстие в полу. Габриэль подкралась ближе, дрожащий свет от ее свечи осветил вырезанные в камне ступеньки, спиралью уходящие вниз, в полную темноту, холодную и негостеприимную.