Я снова мысленно вернулась к двум договорам, уже чуть спокойнее обдумывая, что несет за собой это открытие. Там точно не было каких-то перспектив для меня. Скорее честный прогноз на ближайшее будущее. Но правда, пусть и не самая приятная, давала мне ощущение контроля над происходящим.

Я не буду форсировать события. Понаблюдаю за Адрианом еще немного, но буду надеяться, что ему хватит сил во всем признаться и повести себя достойно. Пусть нам не суждено вырастить нашего ребенка вместе, но, если он сумеет сохранить лицо, я не стану препятствовать его участию в жизни сына или дочки. Хотя опыт мамы Марка подсказывал, что пускать Рошфоров в свою жизнь может быть чревато…

Что делать с Марком я так и не решила. Он манил меня. Но чем больше я думала о нем, тем больше чувствовала себя мотыльком, который летит на пламя и обжигает крылья.

В дверь постучали и в спальню заглянул младший Рошфор:

– Веснушка, ты не устала отшельничать? – насмешливо спросил он.

– Еще нет. Кажется, за эти дни я исчерпала запас социальной энергии, – пошутила я, настороженно вглядываясь в его лицо.

– Скоро ужин…

– Сходишь без меня? – с надеждой спросила я. – Мне кажется, я пока не готова снова столкнуться с Рошфорами.

– Пожалуй, составлю тебе компанию, – решил Марк и набрал номер Дафны, чтобы заказать еду в комнату.

Я старалась этого не показывать, но за ужином ненароком наблюдала за Марком. Он шутил, смеялся, но к непринужденной атмосфере добавился разряд электричества. Он и раньше проскальзывал между нами, но исключительно в рамках дружбы. Теперь же этот огонек стал больше, изменил свою форму, как обычно случается, когда мужчина и женщина понимают, что нравятся друг другу.

Наверное, мы бы еще долго просидели за столом на балконе, даже несмотря на опустевшие тарелки, но у меня завибрировал телефон. На экране высветилось имя Адриана.

Я несколько замешкалась, думая, стоит ли открывать сообщение прямо сейчас или лучше сделать это, когда я буду одна. Заметив мое смятение, Марк спросил:

– Адриан?

– Да, – призналась я.

– Не стесняйся, веснушка, проверь, – подбодрил Марк. – Что хочет мой брат?

Я открыла смс:

«Милая, ты в порядке? Давай встретимся, поговорим. Нам обоим это нужно. Буду ждать тебя в конюшне в 8 вечера».

– Хочет встретиться…

Я успела заметить, как напряглось лицо Марка, но в ту же секунду он небрежно откинулся на спинку кресла, делая вид, что ему все равно.

– Ожидаемо, – прокомментировал он. – Соглашайся. Вам точно есть, что обсудить. Кстати, хотел сказать, не принимай близко к сердцу то, что произошло на пляже. Я просто делал нашу легенду более убедительной. Мне показалось, что Камилла в нее не поверит, если хоть раз не увидит что-то подобное…

– Вот так значит, – глухо ответила я.

Почему-то слышать эти слова было не менее больно, чем узнать, что у Адриана есть невеста.

– А твой член тоже встал для того, чтобы Камилла поверила в нашу легенду? – едко спросила я. – Хотя можешь не отвечать… Это неважно.

Чувствуя, как бешено колотится сердце и как гулко стучит в висках, я встала из-за стола и поспешно удалилась с балкона. Но далеко уйти не смогла. Марк вышел следом за мной и схватил меня за руку, разворачивая к себе.

– Кажется, мы не договорили, веснушка, – тихо сказал он. – Если тебя так интересовал мой член, то вот…

Он обхватил кисть моей руки, направляя ее вниз, и положил мою ладонь на ширинку своих льняных брюк. Тверже могла быть только сталь.

– И что ты хочешь этим сказать?! – спросила я с вызовом, поднимая взгляд, чтобы видеть его лицо.

– По-моему все очевидно, – ответил он, опасно блеснув глазами. – Я безумно хочу тебя. Но наедине не прикоснусь к тебе и пальцем, пока ты не разберешься в том, чего хочешь сама.

Он выпустил мою руку, позволяя мне самой решать – остаться или отстраниться, но я сделала шаг назад.

– Марк, все сложно…

Я выдержала его пристальный взгляд еще пару секунд и развернулась, чтобы уйти. На этот раз он не стал меня останавливать.

Пока я собиралась на встречу с Адрианом, сердце гулко стучало в груди, щеки горели, как у пятиклассницы, и виной тому был младший Рошфор. Все мысли занял Марк, и я понимала, что он прав. Сейчас мы не можем быть вместе.

Как бы Марк ни паясничал на публике, он не будет уводить девушку у собственного брата. А я не смогу строить отношения с ним, не расставив все точки над i с Адрианом. Но даже когда все это случится, между нами встанет немало других «но».

Из-за всего этого хотелось выть белугой, но я собрала волю в кулак, не позволяя себе проронить ни слезинки.

Я сняла с вешалки белое платье-поло и, быстро переодевшись, выскользнула из комнаты, радуясь, что Марк куда-то ушел. На улице я зябко поежилась – к вечеру с моря подул прохладный ветерок, но идти далеко не пришлось, конюшни были рядом с домом.