– То есть… тебя не беспокоит, что я могу забеременеть?

– Нет. Рано или поздно у нас появятся дети, – хрипло отвечаю я.

С ее губ срывается короткий вздох. А глаза наполняются слезами.

– Хэй… – Тянусь к ней, чтобы стереть слезу. – Я виноват, что не позаботился. И если ты не захочешь становиться матерью…

– Я пью таблетки, – тихо отвечает она.

– Тогда почему ты плачешь? – недоумеваю я.

– Мне придется лечь в психушку, ведь ты слишком идеальный, – всхлипывает Лиззи, вызывая у меня улыбку.

– Я просто люблю тебя. Очень сильно.

– Хватит это повторять.

– Ни за что. Теперь я обязан на тебе жениться. Так что придется терпеть мои признания в любви до конца наших дней.

Зарываюсь рукой в ее волосы и притягиваю к себе для поцелуя. Мягко касаюсь ее губ, сладко раскрываю их языком, наслаждаясь вкусом, который вот-вот введет меня в коматоз.

– Я слышала, что мужчины не любят целоваться после секса, – шепчет мне в губы Лиззи.

– Тебя не должны волновать другие мужчины. Ты моя. И мы будем целоваться.

Из ее рта снова вырывается смешок, и она вдруг спрашивает:

– У тебя было много женщин?

Все мое тело напрягается.

– Лиззи…

– Просто ответь.

– Много – очень обтекаемое понятие… их было достаточно.

– Хорошо.

– Хорошо?

– Да. Значит, каждая из них хотя бы раз чувствовала себя желанной, как и я только что. – Она проводит пальчиками по моей груди, вырисовывая одной лишь ей понятные узоры. – Мне понравилась мысль, что это из-за меня ты не контролировал стоны. Что ты так сильно хотел меня, что не мог сдерживаться.

– Лиззи… я полностью отключился от мира и сосредоточился на том, что чувствую в это мгновение. Но до тебя я никогда не занимался ни с кем любовью.

– То есть вот этот жесткий секс ты называешь занятием любовью?

– Да. – Я довольно улыбаюсь. – Я буду трахать тебя в разных местах и разных позах, но всякий раз это будет занятие любовью.

– Ты подписался на сумасшедшую авантюру, Гаррет Пратт, когда решил заставить меня влюбиться в тебя.

– Что поделать. Я тот еще авантюрист. Но признай, что тебе это нравится.

– Нет, – морщит она носик. – Теперь я это люблю.

Ее губы снова касаются моих, и я ощущаю, как по моим венам растекается целый океан любви.

CONOR MATTHEWS – FOREVER RIGHT NOW

Сегодня наша годовщина. И этим утром игры Лиззи вышли на новый уровень. Она определенно любит пытки. И я не могу точно ответить на вопрос, нравится ли мне это. Сейчас мои руки привязаны к изголовью кровати, я голый, а Лиззи сидит на мне верхом. По идее это должно мне нравиться. Но я привык вести в сексе, а потому сейчас это меня раздражает.

– Лиззи, отпусти меня, – прошу я.

– А иначе что… Отшлепаешь меня? – Она прикусывает губу.

– Ты хочешь, чтобы я отшлепал тебя?

– Не знаю, можно попробовать. – Лиззи улыбается, покрывая мое тело поцелуями сверху вниз.

Ее губы оставляют скользящие поцелуи на моем прессе, спускаясь все ниже. А затем она проводит языком по моему напряженному члену. Я тут же вздрагиваю, ведь это чертовски приятно.

– Лиззи… – выдыхаю я, когда она берет в рот головку. – Развяжи меня.

Лиззи поднимает на меня взгляд, и в нем читается насмешка. Я прикрываю веки и издаю стон:

– Мне нужно коснуться тебя.

Она словно игнорирует меня, обхватив член рукой и проводя языком от самого основания до головки. Дергаю руками, пытаясь вырваться, но не выходит. Лиззи определенно забавляет это.

Взяв меня еще глубже, она стонет и касается своей груди руками.

Дерьмо.

Ее горячий рот снова и снова скользит по моей длине, отчего мое дыхание становится сбивчивым. Лиззи берет меня до конца, и я чувствую, как член упирается ей в горло. Зажмурившись, я запрокидываю голову. С губ срывается стон, и я чертовски сильно хочу зарыться в волосы своей девушки и потянуть их. Это заводит меня, и она это знает.

– Лиззи, развяжи, черт возьми.

– Нет. – С громким шлепком она выпускает член изо рта, а затем вдруг зажимает его грудью.

Охренеть.

Твою мать.

Отвожу взгляд, чтобы не кончить от одного лишь вида, и снова издаю стон.

Господи Иисусе.

Мой член двигается в ложбинке между ее потрясающих сисек, и я чувствую, что кончаю.

– Я… – не успеваю договорить, ведь сперма заливает ей грудь. И от этого зрелища мое сердце стучит так сильно, что вот-вот вызовет землетрясение. – Охренеть. Как я тебя люблю…