— Нет, — возразил он.

— А на следующую ночь?

— Прекрасно. Однако мне бы надо знать, на сколько вы меня похищаете.

— Всего на несколько часов.

— Это в Париже или за его пределами?

— За пределами Парижа.

— В скольких льё отсюда?

— Примерно в пяти льё.

— Хорошо.

— Значит, вы будете готовы?

— Я буду к вашим услугам.

— В котором часу?

— После полуночи я ваш телом и душой.

— Итак, послезавтра в полночь?

— Послезавтра в полночь.

И Сальватор покинул г-на Жакаля.

Было восемь часов утра.

Под аркой ему встретился господин, закутанный в длинный редингот с высоким воротником; казалось, этот покрой создан нарочно для того, чтобы скрывать лицо человека.

Сальватор не обратил на него внимания.

Люди, приходившие с визитом к г-ну Жакалю, имели иногда серьезные основания не показывать окружающим свое лицо.

Незнакомец поднялся к г-ну Жакалю.

Дежурный доложил о г-не Жераре.

У г-на Жакаля вырвалось нечто вроде радостного восклицания; потом за ними закрылась дверь.

Совещание продолжалось около часу.

Возможно, позднее мы узнаем, что произошло во время этого совещания; теперь же мы должны следовать по дороге на Фонтенбло за Сальватором, г-ном Жакалем и Роланом.

Время в пути пролетело незаметно.

Когда карета подъехала к мосту Годо, Сальватор приказал кучеру остановиться; они вышли.

— Я думаю, — сказал г-н Жакаль, — что мы потеряли вашего пса. Было бы жаль: он мне показался умным животным.

— Он необычайно умен, — подтвердил Сальватор. — Да вы сами сейчас убедитесь.

Господин Жакаль и Сальватор прошли по обсаженной яблонями дороге, уже знакомой нашим читателям: она вела к воротам парка.

Перед решеткой их уже дожидался Ролан, растянувшись под луной во весь рост и высоко подняв голову, похожий на большого египетского сфинкса.

— Это здесь! — сказал Сальватор.

— Прекрасное имение! — отметил г-н Жакаль, подняв очки и заглянув сквозь решетку в глубину парка. — Как же туда проникнуть?

— Очень просто! Да вы сами сейчас увидите, — отвечал Сальватор. — Хоп, Брезиль!

Пес вскочил разом на все четыре лапы.

— Мне казалось, вы звали свою собаку Роланом, — заметил г-н Жакаль.

— В городе — да. А в деревне я зову его Брезилем. Это целая история, и я расскажу ее вам в свое время и в подходящем месте. Сюда, Брезиль!

Сальватор подошел к тому месту в стене, где он обыкновенно через нее перелезал.

Повинуясь приказанию хозяина, Брезиль подошел ближе.

Сальватор поднял его на вытянутых руках — мы видели, как это происходило во время первой их экспедиции в парк Вири, при которой мы присутствовали, — на высоту стены, Брезиль уцепился за ее верхушку передними лапами, Сальватор поставил его задние лапы себе на плечи и приказал:

— Прыгай!

Пес спрыгнул по другую сторону каменной ограды.

— А-а! — промолвил г-н Жакаль. — Кажется, я начинаю понимать. Он подает нам пример.

— Совершенно верно, теперь наш черед, — подтвердил Сальватор; он подтянулся на руках, уцепившись за вершину стены, и сел на нее верхом.

Затем он протянул г-ну Жакалю обе руки и предложил:

— Теперь вы!

— Спасибо, не нужно, — отказался тот и, подобно Сальватору, вскарабкался на стену с ловкостью, которой молодой человек в нем и не подозревал.

Правда, начальник полиции был худ, и его рукам не пришлось выдерживать большой вес.

— Ну, я могу быть за вас спокоен, — заметил Сальватор.

Он спрыгнул в парк.

Господин Жакаль последовал за ним с легкостью и проворством, свидетельствовавшими о том, что ему привычны гимнастические упражнения.

Сдерживая Брезиля жестом, Сальватор спросил:

— Знаете ли вы, где мы находимся?

— Нет, — ответил г-н Жакаль, — однако, надеюсь, вы будете настолько любезны, что сообщите мне это.

— Мы в замке Вири.

— Ах, Вири!.. Что это за место?

— Я вам напомню: в замке Вири, у честнейшего господина Жерара.

— У честнейшего господина Жерара? Хм… Имя как будто знакомое…

— Да, я тоже так думаю. В этом имении он не живет уже много лет, он сдал его господину Лоредану де Вальженезу, тот скрывал здесь Мину.

— Мину?.. Какую еще Мину? — спросил г-н Жакаль.

— Девушку, похищенную в Версале.

— Ну да, ну да… Что с ней сталось?

— Вы позволите рассказать вам одну забавную историю, господин Жакаль?