Шрифт:
— Значит, решено. — Донован нежно приподнял подбородок сына. — Ты и я, о'кей?
— О'кей, па.
Из автомата выехал листок с фотографиями.
— Отлично выглядишь.
Донован положил фотографии в карман. Зазвенел один из мобильных, которым пользовался Роха. Донован приложил трубку к уху.
— Как дела? — спросил он, отворачиваясь от Робби.
— Узел развязан, — ответил Роха. — Занимаюсь вторым делом.
— De puta madre [6] , — сказал Ден.
6
Мать-шлюха (исп.).
— Ты выслал мне чек?
— Конечно, — ответил Донован, молясь, чтобы это прозвучало как можно правдоподобнее.
Связь прервалась. Испанец, как и Донован, всегда произносил по телефону минимум слов. Даже если речь шла не о секретных делах. И он был прав: абсолютно безопасных способов связи в наши дни не существовало. Телефоны, электронная почта, письма — все можно вскрыть и прослушать. Донован спрятал трубку и улыбнулся Робби:
— Значит, «Бургер кинг»?
Робби расплылся в улыбке и кивнул.
— Отлично.
Стюарт Шарки вынес на террасу два бокала шампанского и передал один Вики. Она взяла машинально, ее невидящий взгляд был прикован к голубой лазури Средиземного моря.
— Улыбнись, — сказал Шарки и чокнулся с ней бокалом.
Вики медленно подняла глаза на него, потом перевела взгляд на бокал в своей руке.
— Что мы отмечаем?
— Шампанское не только для праздников, — возразил Шарки.
Он присел на шезлонг рядом с ней.
Вики снова посмотрела на море. Залив был усеян большими белыми яхтами, каждая стоимостью в восемь миллионов долларов, вокруг них, словно рабочие муравьи на приеме у королевы, сновали лодки поменьше.
— Мы можем взять лодку, — предложил Шарки. — Уплыть отсюда.
— Ден всегда говорил, что найдет любого, — безразлично произнесла Вики.
— Мы сможем сделать это, Вики. Завтра.
— Куда мы поедем? Он все равно нас найдет.
— Не здесь. Он никогда не был на юге Франции, ты же знаешь. У него здесь ни друзей, ни связей.
Вики повернулась к нему:
— Значит, это и есть твой великолепный план? Мы останемся в Ницце на всю оставшуюся жизнь?
— Ради Бога, Вики, прекрати ныть!
Она презрительно усмехнулась.
— Прости, — быстро извинился он. Вики не отреагировала. Шарки поставил бокал и присел на корточки перед ней. Погладил плечо. — Временно, Вики. Пока мы не уладим дела.
Вики покачала головой:
— Это не решение проблем. Просто игра в прятки.
К одной из самых больших яхт в заливе направлялся красно-белый вертолет. Шарки продолжат гладить Вики по плечу. Ее кожа была гладкой и теплой от солнца. Он передвинул руку на шею, запустил пальцы в нежные светлые волосы.
— Я скучаю по Робби, — тихо сказала она.
— Знаю.
— Не думаю. У тебя нет детей. Ты не представляешь, каково это — быть в разлуке с ними. Ден заберет Робби на Карибы, и я никогда не увижу его.
— Ты взяла паспорт сына. Ден не сможет увезти мальчика.
Вики нахмурилась:
— Это его не остановит. У Дена у самого полдюжины паспортов. Он легко может сделать один и для Робби.
Шарки попытался поцеловать се в щеку. Она отпрянула:
— Стюарт, я не хочу, чтобы ты сейчас прикасался ко мне, ладно?
Шарки развел руками:
— Хорошо. Прости. — Он присел на край шезлонга. — Слушай, я поговорю с адвокатом. Есть способ остановить Дена, не позволить вывезти Робби из страны.
— Ты же сказал, что мы не сможем теперь вести переговоры ни с кем из Соединенного Королевства.
— Я найду возможность. Знай, есть вещи, способные удержать Дена. Ему нельзя долго болтаться в Лондоне.
Вики прикрыла глаза рукой.
— Что ты имеешь в виду?
— У Дена проблемы... Таможня и полиция будут ждать, когда он оступится. В Лондоне у него связаны руки. Ему придется вернуться на Карибы. И если я поговорю с адвокатом, он не сможет забрать Робби с собой. А когда Ден уедет, мы вернемся в Великобританию.
— Ден не станет убегать, поджав хвост.
— Да, но он и не будет подвергать себя риску отсидеть двадцать лет в тюрьме. У него на подходе груз, ему надо позаботиться о бизнесе. — Шарки серьезно посмотрел на Вики. — Я знаю, что делаю, Вики. Возможно, этого мало, но ты должна верить мне. Сейчас Ден безумствует, как черт, однако он успокоится. Мы договоримся. У него нет выхода.
— Потому что он захочет вернуть деньги?
— Точно.
— Сколько ты взял, Стюарт?
Шарки отвел глаза.