— Ни фартинга, — подтвердил Эдвард. Он неторопливо встал и подошел к сестре. Рука, которой он обвил ее плечи, была крепкой и мускулистой. Прежде Кэролайн всегда утешала его в горестях и бедах. Теперь настал его черед. — И вот я решил приехать сюда и разыскать тебя. Прости, сестренка, если все получилось не так, как тебе хотелось.

Кэролайн нежно провела ладонью по его щеке, покрытой первым юношеским пушком. Да, Эдвард очень изменился, и надо признать, что возмужал он не только физически.

— Я рада, что ты здесь, — сказала она с улыбкой. — Ведь я и сама подумывала о том, что неплохо бы тебе перебраться в Новый Свет.

— Правда?

В голубых глазах Эдварда загорелась радость.

— Конечно правда! А теперь иди-ка спать, дружок. Ты наверняка очень устал от своего приключения!

— Да, признаться, я немного выбит из колеи. А где я буду спать? — и юноша обвел комнату растерянным взглядом, словно ожидал увидеть вместо одной из стен коридор, ведущий в боковое крыло с несколькими десятками помещений. При мысли об этом Кэролайн едва не рассмеялась.

— Взбирайся вверх по лестнице, — ответила она. — Там ты найдешь матрас. Он довольно мягкий. Желаю тебе спокойной ночи!

К чести Эдварда, он лишь коротко кивнул и, не задавая больше вопросов, поставил ногу на нижнюю ступеньку лестницы. Почти забравшись наверх, он вдруг остановился и взглянул сверху вниз на сестру.

— Я рад, что приехал, Кэри. Мне все время казалось, что мы не должны жить вдали друг от друга!

— Ты прав, Эдвард. Я тоже все время думала об этом. — Кэролайн постояла некоторое время, глядя вслед брату, и наконец повернулась к единственному, кроме нее, оставшемуся в комнате человеку. Она надеялась, что после ухода Неда Волк пожелает ей спокойной ночи и также удалится, но он продолжал неподвижно сидеть в углу комнаты и пристально, не меняя выражения лица, смотреть на нее.

Кэролайн тряхнула головой и принялась убирать со стола грязную посуду, оставленную Недом. Ее брат с ошеломившей ее быстротой опорожнил две миски рагу с кукурузным хлебом и расправился с десертом. Интересно, когда бедный мальчик сытно обедал в последний раз? Рафф, напротив, отказался от еды и выпил лишь кружку сдобренного специями эля. Кэролайн решила, что для нее будет безопаснее не подходить к нему, чтобы забрать пустой сосуд. Она успеет сделать это после того, как он наконец уйдет.

— Спасибо вам, что проводили Неда, — сказала она, когда молчание стало невыносимо тяготить ее. — Где вы встретили его?

— Неподалеку от тропинки, возле Эстатоу. Он развел большущий костер, и обнаружить его было несложно.

Кэролайн налила теплой воды в лохань, положила туда небольшой кусок мягкого мыла и миски, собранные со стола.

— Что ж, еще раз благодарю вас за это. Я уверена, что Нед был очень рад такому спутнику и проводнику.

— Не знаю. — Волк прислонил ружье к стене и неторопливо подошел к столу. Поставив стул чуть поодаль, он уселся на него. — Его гораздо больше обрадовало то, что я знаком с вами.

Кивнув головой в ответ на эти слова, Кэролайн принялась мыть миски, сосредоточив на этом занятии все свое внимание. Близкое присутствие Волка тяготило ее, и она чувствовала его настойчивый взгляд спиной. В комнате было прохладно, но, несмотря на это, на лбу и висках у нее выступили капли пота.

В течение нескольких минут плеск воды в лохани и потрескивание полена в очаге были единственными звуками, нарушавшими тишину, которая воцарилась в комнате. Наконец Кэролайн, не выдержав охватившего ее напряжения, резко обернулась к Волку. Он нисколько не удивился этому ее внезапному движению, и выражение его лица осталось прежним — бесстрастным и непроницаемым.

— Итак, вам теперь все известно. Волк полунасмешливо-полувопросительно изогнул брови, и Кэролайн поневоле пришлось развить свою мысль.

— Не делайте вид, что вы не поняли нашего с Недом разговора. Я вышла замуж за вашего отца лишь по одной-единственной причине.

— Если вы хотели удивить или шокировать меня, считайте, что вам это не удалось. Я, представьте, всегда знал, что вы не были влюблены в своего жениха.

Кэролайн буквально передернуло от негодования. Он произнес это таким равнодушным, будничным тоном, в котором сквозило отчуждение и даже легкий оттенок презрения к ней!

— У меня не было ни пенни, — сказала она, выпрямляясь. — А ваш отец не потрудился выполнить главного условия нашего с ним брачного контракта. — Кэролайн постаралась заглушить негромкий внутренний голос, резонно заметивший ей, что ведь и она сама пренебрегла своими обязанностями супруги. — Он пообещал платить за обучение моего брата, но даже и не подумал перевести в школу деньги!

И снова Волк промолчал, не сводя с нее пристального, ничего не выражающего взгляда. Кэролайн с вызовом спросила: