Шрифт:
– Спасибо, но я жду Тайлера, – ответила Дейзи. – Хотя мне потребуется немалая хитрость, чтобы вытащить его из кухни. Можете поверить, что Тайлер пробует соусы и лезет в печь прямо в накрахмаленной рубашке и фраке?
Следующий час Виолетта провела гораздо приятнее. Харви оказался очень внимательным кавалером и приятным собеседником, вот только наотрез отказывался говорить о ее деле.
– Делами я занимаюсь в своем офисе, а вечер предназначен исключительно для развлечений, – объяснил он.
Когда Виолетта не танцевала, то проводила время с Рандольфами. Настроение ее постепенно улучшилось. Да и как можно было грустить рядом с Айрис и Монти?! В конце концов из кухни появился и Тайлер. Виолетте не понадобилось много времени, чтобы понять: все три пары Рандольфов явно влюблены друг в друга. Это также касалось Ферн и Мэ-дисона, оставшихся дома из-за нездоровья Ферн.
Из Рандольфов, несомненно, получились отличные мужья. Их женам удалось подобрать нужные ключи к их сердцам. А вот сумела бы она подобрать ключик к сердцу Джеффа, подумала Виолетта. Почувствовав легкую грусть среди этого моря счастья, она решила пойти в дамскую гостиную;
Первым человеком, которого встретил в отеле Джефф, оказался Филипп Рабин. Джефф мог поклясться, что тот специально поджидал его.
– Ты одет явно не для бала, – заметил Филипп, даже не пытаясь скрыть свою ненависть. – Вероятно, ты решил, что будет достаточно внесенных тобою денег? – при этом он выразительно посмотрел на пустой рукав Джеффа и усмехнулся: – Я догадываюсь, причина кроется именно в пустом рукаве.
Кулаки Джеффа непроизвольно сжались, и это не ускользнуло от Филиппа.
– Судя по всему, тебе явно понравилось меня бить? – с издевкой продолжил он. – Но даже если ты и ударишь меня по лицу, все равно так и останешься на всю жизнь инвалидом. Ни одна женщина не захочет с тобой танцевать.
Джефф никогда не одобрял буйного поведения своего отца, но сейчас с удовольствием убил бы Рабина на месте. Он с трудом удержался, чтобы не разбить его сияющее лицо.
– Какого черта тебе надо? – спросил Джефф.
– Просто решил поприветствовать тебя на балу, – пожал плечами Рабин.
– Я здесь не для танцев. Мне нужно по делу увидеться со своими братьями.
– Боишься убедиться в моей правоте? – злорадствовал Филипп.
– Что ты там несешь?
– Боишься убедиться, что женщин больше привлекают твои деньги, чем твой обрубок? .
Джефф мгновенно схватил Филиппа за горло и, затолкав его в угол за двумя огромными растениями в горшках, – подальше от посторонних глаз, – еще больше усилил хватку. Самоуверенность Рабина тут же пошла на убыль.
– Я могу задушить тебя и бросить прямо здесь, – прошипел Джефф. – Никто не найдет тебя еще несколько часов.
Рабин открывал и закрывал рот, но из его горла не вырывалось ни звука.
– Не знаю, зачем ты это делаешь, но, так и быть, я появлюсь на балу минут на тридцать, – сказал Джефф. – Кстати, почему бы тебе не отправиться в бар и не выпить чего-нибудь?
С этими словами Джефф отпустил Рабина и вышел, не оглядываясь.
Виолетте не хотелось возвращаться в зал, и она решила немного отдохнуть в тихом уголке за рядом пальм в горшках. Устроившись в глубоком кресле, Виолетта первый раз за весь вечер по-настоящему расслабилась.
Интересно, что сейчас делает Джефф? Конечно, работает. Больше он ничем и никогда не занимается. Зачем он пригласил ее на бал? Признаться, Виолетта с трудом могла представить, что Джефф будет танцевать весь вечер и вести идиотские разговоры. Но ей наверняка было бы с ним очень хорошо. Виолетта даже позволила себе немного помечтать. Его рука держала бы ее за талию, а его тело находилось бы во время танца так близко, что она бы вмиг забыла, что у нее нет бального платья и что никто здесь ей не знаком…
Господи, ну почему она не приняла предложение Джеффа? Виолетта могла бы быть так же счастлива, как Роза, Айрис и Дейзи. А вместо этого она прячется за пальмой, чтобы никто не догадался, что она предпочла бы оказаться где угодно, только не на этом балу.
Вдруг послышались чьи-то голоса, и Виолетта начала подниматься, собираясь покинуть это уединенное местечко. Однако, узнав голос Клары Рабин, она решила остаться, надеясь таким образом избежать встречи с крайне неприятным для себя человеком.