– А что вы собираетесь делать с остальными?

– Буду добавлять их по мере необходимости. Ну, а теперь, если вы не хотите увидеть меня раздетым до пояса, вам лучше вернуться в свою комнату, – проговорил Джефф, весьма довольный смущением Виолетты.

– Но у вас только одна рука. Как вы сможете поднять такую штуку? Она ведь может упасть на вас, – заметила Виолетта и тут же пожалела о своих опрометчивых словах: непринужденность между ними сразу исчезла.

– Надеюсь, вы с близнецами придете на помощь и снимете ее с меня до того, как я задохнусь, – довольно сухо ответил Джефф.

– Сомневаюсь, что нам удастся поднять это даже сообща.

Джефф усмехнулся. Мисс Гудвин, безусловно, только изображает заботу. То, что в пансионате заперт крупный финансист, уже само по себе достаточно плохо, ну а позволить ему еще и убить себя было бы тем более непростительно.

– Надеюсь, вы не собираетесь поднять сюда и вашего служащего? – поинтересовалась Виолетта.

– Уговорили, в этом случае вы его тоже возьмете в заложники. Но тогда возникнет проблема: где ему спать? Вы же не поделитесь своей кроватью, не так ли?

Виолетта покраснела, а Джефф невозмутимо продолжил:

– Впрочем, не думаю, что вы это сделаете, поэтому планирую отпустить своего служащего на ночь домой, к жене.

– Наверное, он не видел бедную женщину со вчерашнего дня. Ведь этот человек провел здесь всю ночь, сооружая машину. Во сколько же он пришел?

– Около пяти.

– Пяти?!

– Может, немного раньше, я не обратил внимания, – пожал плечами Джефф.

– Вы со всеми своими служащими так обращаетесь?

– Мадам, мои работники очень хорошо оплачиваются. Если они пожелают уйти, мои рекомендации откроют им дорогу в любой банк Денвера.

– И от скольких вы уже избавились таким образом?

– Я ни от кого не избавлялся.

Виолетта скептически посмотрела на Джеффа.

– Вам не нравится, когда вас окружают хорошие люди?

– В мире полным-полно очень способных безработных. Если кто-то не справляется со своими обязанностями, я всегда могу найти замену.

Нет, это не человек, с негодованием подумала Виолетта. Неужели он не понимает, что превратил свой мозг в машину?! А эти диски Джефферсон Рандольф использует для того, чтобы то же самое сделать с собственным телом. Наверняка он разрушит себя так же, как и Джонас.

Она решила сменить тему разговора и сообщила:

– Девочки будут завтракать не позже чем через полчаса.

– Не беспокойтесь, мне поднимут завтрак прямо сюда и заберут грязную посуду.

Виолетту задело, что Джефф не хочет принимать даже пищу из ее рук. Судя по всему, он предусмотрел все, лишь бы не иметь с ней дела.

Неожиданно в конце холла открылась дверь, и показалась Эсси Браун. Увидев воспитательницу, она улыбнулась.

– Что ты здесь делаешь в такую рань? – поинтересовалась Виолетта.

– Я пришла навестить дядю.

– Думаю, тебе лучше спуститься вниз. Ему сейчас некогда. И постарайся не разбудить остальных девочек.

– А они все уже проснулись.

– Все равно ступай вниз. Придешь попозже. Эсси выглядела явно разочарованной, но послушно направилась к лестнице.

Виолетта повернулась к Джеффу.

– Вы всех разбудили своей машиной.

– В этом виноваты только вы. Вы ведь сами не позволили своей служанке принести снизу все необходимое и отправили моих людей по домам в семь часов вечера. Я вынужден был что-то предпринять.

Осознав, что у мистера Рандольфа еще хватает смелости изображать из себя невинную жертву, Виолетта решила благоразумно промолчать в ответ.

– Я полагал, это позволит не отрывать Бет от ее прямых обязанностей, – пояснил Джефф. – А близнецам даст возможность устроить очередные неприятности.

– Думаю, мисс Сеттл еще выскажет свое мнение по этому поводу, – многозначительно заметила Виолетта, не зная, как осадить этого человека. – Полагаю, она уже сегодня что-нибудь ответит.

– Непременно сообщите мне ее мнение, – попросил Джефф и принялся расстегивать пуговицы на рубашке.

Виолетта поняла: если сейчас же не уйти, он снимет рубашку прямо у нее на глазах, чтобы посмотреть на ее реакцию. Она резко повернулась и торопливо вышла из комнаты.

Вернувшись к себе, Виолетта начала причесываться, безуспешно стараясь подавить раздражение. Ей нестерпимо хотелось дать выход собственному гневу и запустить чем-нибудь в Джеффа.

Положив щетку, она начала укладывать волосы, думая о том, что Джонас был гораздо сердечнее и приятнее. Все десять лет – со дня возвращения из больницы и до самой смерти – он ни разу не забыл поблагодарить сестру за все, сделанное ею. Однако брат решил умереть, и Виолетта ничего не могла с этим поделать.