Он вовсе не собирался распространяться перед ними о коже Виолетты, о ее волосах или о том, как она закрывала глаза, чтобы не видеть его обнаженное тело.

– О Господи, Джефф! – воскликнула Ферн. – Миллионы людей приехали сюда из Массачусетса, и, конечно же, у кого-то из них рыжие волосы. Не могут же все люди быть одинаковыми.

– Не знаю, – пожал плечами Джефф, почему-то уверенный, что Виолетта никому из Рандольфов не понравится.

– Но ты же разговаривал с ней? Приглашал на обеды, которые я тебе присылал? – допытывался Тайлер.

Джефф резко повернулся к брату.

– Да, и я бы попросил тебя никогда ничего подобного больше не делать. Мисс Гудвин было очень неудобно, так же как и мне.

На самом деле только он чувствовал себя неловко. Виолетта же старалась вести себя так, словно ей доставляло удовольствие его общество. Однако Джефф был убежден: ни одной женщине не мог прийтись по вкусу вечер с человеком, который то спорит, . то молчит.

– Если человек приглашен на обед, приготовленный Тайлером, вряд ли он испытает неловкость, – высказала свое мнение Айрис.

– Это вполне возможно, если с ним обедает Джефф, – съязвил Монти.

– Понравилось ли мисс Гудвин фирменное, мясо? – спросила Айрис. – Правда, приехав, мы съели совсем немного, но, клянусь, никогда не пробовала ничего лучшего.

– Мисс Гудвин не обедала со мной вчера вечером, – ответил Джефф.

– Почему? – удивилась Ферн.

– Неужели вам не понятно? – снова вмешался Монти. – После двух обедов с Джеффом можно вообще отказаться от еды.

– Почему? – переспросила Ферн, не обращая внимания на замечание Монти. – Ты ведь пригласил ее, не так ли?

– Нет, – злясь на себя, ответил Джефф, потому что весь обед думал о Виолетте.

– Тебе следовало непременно пригласить мисс Гудвин.

– Она бы все равно не пришла.

– Но почему? – недоумевала Ферн. Судя по всему, родственники вознамерились вытянуть из него по кусочкам всю информацию. Впрочем, вряд ли им понравится услышанное. Ему, самому это ничуть не нравилось.

– Мы с ней поссорились, – наконец признался Джефф.

– Надеюсь, не из-за войны? – нахмурилась Ферн.

– Мисс Гудвин попросила меня объяснить девочкам причины войны, – сообщил Джефф. В комнате раздался всеобщий стон.

– Ты утверждала, что она умная женщина, – обратился к Ферн Монти. – Что-то не похоже, если после десяти минут разговора с Джеффом она не поняла, что он становится дураком, как только речь заходит о войне.

– К счастью, мисс Гудвин не разделяет вашего мнения, – сердито ответил Джефф. – Ее брата тяжело ранили во время последней кампании, поэтому она не так равнодушна к войне, как все вы.

После очередной порции стонов Монти поинтересовался:

– Если мисс Гудвин такая понятливая, почему же она не сидит дома, ухаживая за ним?

– Ее брат умер.

– Нам не так повезло.

– Монти! – воскликнула Ферн.

– О, дьявол! – огрызнулся Монти. – Я уже устал слушать о том, что произошло четырнадцать лет назад! Если вы собираетесь и дальше обсуждать это, я ухожу.

Монти поднялся и решительно распахнул дверь, но его задержал какой-то топот.

– Вы держите в доме коров?

– Это мои мальчики, – счастливо улыбнулась Ферн. – У них закончились уроки. Сейчас самое время навестить меня.

Джефф тоже направился к двери.

– Полагаю, сейчас самый удобный момент, чтобы удалиться. Между прочим, раз уж вас так интересует мисс Гудвин, надеюсь, вы будете счастливы узнать, что скоро сможете познакомиться с ней. Я пригласил ее провести два дня в отеле.

– Что?! – воскликнула Ферн.

– Не верю своим ушам! – эхом откликнулась Айрис.

– Куда же мы ее поселим? – спросила Дейзи. – Ведь отель переполнен.

– А номер Розы и Джорджа? – напомнил Джефф.

– Ты не можешь приглашать кого-либо в отель, заранее не предупредив нас, – разозлился Тайлер.

– Как видите, могу. Да, пока не забыл, мисс Гудвин ожидает, что за ней в четыре часа приедет экипаж.

– Просто не верится, – скорее самой себе, чем остальным, пробормотала Айрис.

– Как же ты собираешься работать в отеле? Ты ведь всегда жалуешься, что тебе мешает шум.

– Я буду в своем офисе, как обычно.

– А кто будет развлекать мисс Гудвин? – поинтересовалась Дейзи.

– Вы. Я этим занимался пять дней, – Джефф улыбнулся, заметив растерянность родственников. – Считайте это своим вкладом в образование близнецов.