Куурус поднялся и размял затекшие руки. Он подобрал меч в ножнах и щит, надел на голову шлем. В своем черном одеянии, с копьем в одной руке и щитом в другой он имел грозный вид.

Присутствовавшие на траурной церемонии медленно потянулись к городу, и вскоре у дымящихся углей остался только один человек. Его черная накидка была отделана белой каймой. Куурусу предстояло встретиться именно с этим человеком в черном, но не полностью черном, как у профессионального убийцы, одеянии. Он зло усмехнулся. «Нет, — сказал он себе, — их одеяния должны быть такими же черными, как наши».

Когда стоящий у догорающего пепелища человек обернулся, Куурус уже спустился с холма. Теперь настало его время. Куурус снова усмехнулся.

Внешность человека показалась ему странной — голова его была совершенно лишена волос, отсутствовали даже ресницы. «Должно быть, один из посвященных», — подумал Куурус.

Человек обошелся без приветственного жеста. Куурус вместо приветствия протянул раскрытую ладонь, и человек, не говоря ни слова, отсчитал в неё двадцать золотых монет Ара. Куурус рассовал их в специальные карманы своего ремня — в отличие от обычных людей убийцы не носят кошельков.

Получив задаток, Куурус с любопытством посмотрел на остатки пирамиды. Местами, там, где брызги вина миновали их, языки пламени продолжали осторожно лизать остатки дерева.

— Нужно восстановить справедливость, — сказал человек в черном.

Куурус лишь криво ухмыльнулся. «Они всегда рассуждают о справедливости. Им просто нравится о ней говорить, — подумал он. — О справедливости и о правах. Это придает им спокойствия и уверенности. Но в действительности никакой справедливости не существует. На свете есть только золото и меч».

— Кого я должен убить? — спросил он.

— Этого я не знаю, — ответил человек.

Куурус исподлобья взглянул на него. Хотя в его карманах на ремне уже лежат двадцать золотых монет двойного веса, их будет гораздо больше.

— Вот все, что мне известно, — сказал человек, протягивая ему кусок зеленой материи.

Куурус внимательно осмотрел лоскут.

— Это нарукавная повязка, — задумчиво произнес он. — Наводит на мысль об арских состязаниях тарнов.

— Так и есть, — ответил человек.

Подобные опознавательные знаки — красные, желтые, зеленые, серебристые повязки — в Аре на состязаниях носили сторонники различных команд, соревнующихся между собой.

— Я отправляюсь в Ар, — сказал Куурус.

— Если ваша миссия будет выполнена удачно, — заверил его человек, — по возвращении вы получите ещё сто золотых.

Куурус посмотрел ему в глаза и сказал:

— Хорошо. Но если ты меня обманешь, ты умрешь.

— Да, — ответил человек.

— Кто этот убитый? — кивнул Куурус на догорающие остатки погребального костра. — За кого я должен отомстить?

— Это — воин, — ответил человек.

— Его имя? — спросил Куурус.

— Тэрл Кэбот.

Куурус беспрепятственно вошел в ворота Ара. Увидев знак черного кинжала, которым он заблаговременно украсил свой лоб, охранники даже не пытались его остановить.

Не долго же черные туники убийц не появлялись в пределах городских стен Ара — со времени правления убара Марленуса, ратных подвигов его современников — прославленного героя-воина из Ко-Ро-Ба Тэрла Бристольского и имевшего не менее громкую славу главы убийц Па-Кура.

Много лет убийцы в городе считались людьми вне закона. Па-Кур объединил обложенные данью города и повел их на Ар. Домашний Камень был украден, а убар вынужден спасаться бегством. Город пал, и Па-Кур, хотя и принадлежал к низшей касте, возжелал заполучить императорскую мантию Марленуса. Он осмелился не только надеть на себя золотой медальон убара, но и серьезно претендовать на трон всей Арской Империи — вещь до той поры неслыханная в истории Противоземли даже для представителей гораздо более высоких каст. И неизвестно, как сложилась бы дальнейшая судьба Империи и её столицы, если бы орды захватчиков не были разгромлены объединенными усилиями Союза Свободных Городов, возглавленного и поднятого на борьбу Ко-Ро-Ба и Тентисом. Командование освободительной армией взяли на себя Мэтью Кэбот — отец Тэрла Бристольского и Казрак из Порт-Кара — брат Тэрла по оружию. С тех пор черные одеяния убийц не встречались на улицах славного города Ар.

Однако никто не встал на пути Кууруса, поскольку лоб его украшала маленькая зловещая эмблема — черный кинжал.

Когда кто-либо из касты убийц получал свойственное его ремеслу задание и плату за его выполнение, он украшал свой лоб этим узаконенным символом, который открывал перед ним ворота любого города. Вмешиваться в дела убийц не позволялось никому.

Не многие из вершащих неправедные дела, сколь большой бы силой и властью они ни обладали, не затрепетали бы от ужаса при известии о появлении в их городе человека со зловещим символом на лбу — ведь только убийца знал имя своей новой жертвы.