Они неспешно обсудили достопримечательности Ферея и даже нашли общих знакомых. Трактирщик на радостях поставил по кружке пива, и беседа пошла живее. Часа через полтора наш хозяин поинтересовался:

— Господа, ежели вы шли через горы, то почему не закупили еды в Айнере? Он же был у вас на пути!

— В каком Айнере? — удивился Сефер. — Не видели мы города.

— Как так? Прямо у подножия гор стоит!

— Да не было ничего! — опешил Сефер. — Мы спустились по ступеням и попали в лес.

— По ступеням?! — поразился хозяин. — Таким большим, широким?.. По ним уже добрую сотню лет никто не ходит! Вы, наверное, из Ферея на запад двигались, по старой дороге?

Сефер напряженно кивнул.

— Надо было вам на север идти. Всего на день длиннее, зато тракт отменный!

Я хрустнул костяшками пальцев и молча показал Сеферу кулак.

— Скажи, любезный, — опасливо на меня косясь, быстро переменил мой спутник тему, — а почему ваш лес такой странный?

— Странный? — изумился трактирщик. — Обычный, по-моему,

— Ну, он такой…

— Ровный, — перебил я, боясь, что Сефер начнет городить про мертвые деревья. — Будто его в один год посадили!

— Так и было, — ответил хозяин. — Лет сорок назад старый лес выгорел в одну ночь. Хотя дождь, как сейчас помню, шел мелкий, без молний… Что поделать? Случается…

Деревушку покинули по просторному проселку, указанному трактирщиком. Непринужденно разговаривая, любовались сельскими пейзажами. Вечернее солнце пригревало, легкий ветерок отгонял насекомых…

Вскоре вышли на перепутье и свернули, как предупреждал трактирщик, налево. Старик божился, что от развилки до Солонара не более двух часов неспешной оды. Однако прошло уже около трех, стемнело, а никаких признаков города не наблюдалось.

— Может, — задумчиво почесал затылок Сефер, — мы его не так поняли?

— Трактирщика? — уточнил я. — Бес его знает. Может, и так.

Ночевать в лесу не хотелось. Казалось, город где-то рядом. Там я найду к-капсулу, вскочу в нее — и прощевайте, леса, горы и больные маги!..

Я размечтался, поэтому и не услышал стук копыт за спиной.

— Фенрир, — вырвал меня из грез Сефер, — кто-то нас преследует.

Обернувшись, я разглядел в сумерках небольшой отряд.

— Пусть едут. Дорогу спросим, а если по пути, то и присоединимся к ним.

Мы остановились на обочине, дожидаясь. Время тянулось медленно. Я успел скрутить и выкурить сигарету, пока они поравнялись с нами.

Это были люди в черных плащах с плотно надвинутыми на глаза капюшонами. Не первый раз я задался вопросом: почему аборигены не могут одеваться более приемлемо для глаз цивилизованного человека?

Первый в колонне резко остановил коня, заставив его погарцевать прямо перед нами. Мне это откровенно не понравилось, но я скрыл недовольство.

— Скажи, уважаемый, — вежливо обратился я к нему, — далеко ли до Солонара?

— Кто вы и что тут делаете? — грубо спросил он.

И откуда здесь столько невеж?.. Рука сама собой легла на рукоятку меча.

— Уважаемый, — хмуро заметил я, — приличные люди сначала отвечают, а потом уже задают свой вопрос.

— Я узнаю, кто вы, когда намотаю ваши кишки на свой меч, — равнодушно ответил он.

Краем глаза я заметил, что Сефер отстегнул топор и взял его наперевес.

— Так попробуй, — предложил я, вытаскивая оружие из ножен.

Всадник спрыгнул с лошади и, мягко приземлившись на ноги, сбросил плащ.

Лет тридцати… Немного выше меня… Сбит крепко… Поверх зеленой туники — сверкающая кольчуга из мелких колец… Лысый, желтые пеньки зубов, многократно переломанный нос, на лбу — синяя татуировка… В руках — длинный меч.

Его спутники, спешившись, тоже скинули плащи и обнажили оружие. Кроме одного — низкого толстяка, следовавшего позади всех и трусливо жавшегося к маленьким клеткам на повозках.

Их тринадцать, нас двое… Адреналин бешено забурлил в венах. Стало безумно весело.

— Ну что, девочки, порезвимся? — оскалился я.

Не раздумывая и не собираясь ждать, когда меня прирежут, как свинку, прыгнул вперед. Полоснув мечом по горлу не ожидавшего от меня такой прыти противника, ударил ногой в грудь второго, свалив его на землю, а третьему саданул рукояткой в висок. Изрыгая проклятия. Сефер ринулся на врагов и успел прикончить двоих, пока они приходили в себя. Примерно две секунды мы господствовали на поле боя. Дальше все было гораздо хуже.