— Ничего с нами не случится…

Робот закончил читать, всех попросили расписаться в тетради. После чего робот поинтересовался, есть ли вопросы.

— Существуют ли прецеденты возвращения паломников назад? — спросил Малинин.

— Да, — подтвердил робот. — Единственный прецедент был зафиксирован как факт, но без подробностей.

— Почему? — продолжал допытываться философ.

— Исключению может сопутствовать и недостаток информации. Именно поэтому и существуют исключения, — менторским тоном заявил робот и повел их на контрольно-пропускной пункт.

Это был просто коридор, перекрытый глухой черной мембраной. Сергей шагнул первым — мрак был полным. Ничего не видя и не ощущая, он сделал еще один шаг. Яркий свет, трава, деревья, люди, лошади, гневный клекот орла и снова мрак, — словно кто-то, стоявший сбоку, обрушил этот новый мир ему на голову вместе с дубинкой.

Забрезжил свет, и возвращающееся сознание возвестило о боли. Сергей был привязан к столбу и висел не столько на веревках, сколько на локтях, замкнутых перекладиной за спиной. Боль ощущалась в кистях рук, стянутых на груди.

Кое-как выпрямившись, он огляделся: в таком же положении — каждый у своего столба — пребывала вся мужская половина их так резво начавшейся экспедиции.

Остальные тоже стали приходить в себя. Бывший майор, а ныне просто Виктор Михайлов, как и Сергей, разминал затекшие члены. Зашевелился и Кочетов. Остальные висели на столбах без движения. Оглянувшись, Сергей увидел дам, связанных по рукам и ногам и лежащих на сене в углу помещения.

Они находились в большом сарае, и столбы, к которым их привязали, служили, как видно, не только опорой потолочным балкам: в каждом — кроме перекладин, за которые завели их локти, — были вбиты кольца для цепей, обвивавших их талии.

За открытой створкой двери видна утоптанная до каменной твердости земля, а дальше — угол деревянного строения: некрашеные потрескавшиеся бревна сруба.

Заслонив свет, в сарай вошел босой подросток, одетый в холщовые штаны до колен и рубаху, подпоясанную веревкой.

Мальчик принес деревянное ведро и ковш. Он подошел к женщинам, проверил веревки и помог уже очнувшейся Катеньке прислониться к стене. Мальчик взглянул ей в лицо и замешкался, но справился и, зачерпнув ковшом воды, дал ей напиться. Сергею тоже сильно захотелось пить. Рядом громко сглотнул Михайлов. Катенька напилась и улыбнулась. Мальчик плеснул водой в лицо Марго, легко шлепнул по щеке, та замычала, открыла глаза и тоже была прислонена к стене и напоена. Мальчик дал воды и мужчинам. Очнулись уже все. Дольше всех приходил в себя Исаев. Мальчик два раза плескал на него водой и несколько раз звонко отвешивал пощечины. Потом ушел.

— Попались, — ядовито сказал Исаев. — Где это мы?

— Скоро узнаем, — ответил Илья. — Сейчас придут по наши души.

Он оказался прав.

В сарай вошли несколько человек. Они разглядывали пленников, те — незнакомцев.

Темные, дубленные солнцем и непогодой лица. У каждого длинные, почти до груди усы, бород нет. Все одеты в холщовые штаны, рубахи, на ногах короткие сапоги, на поясе меч в ножнах, на боку сумки, в руках плетки.

— Вы шпионы обров! — грозно сказал один. — Сразу признаетесь или приказать калить железо? Кто старший? — снова спросил он. — Ты? — Он ткнул плеткой Михайлова в живот.

— Может, и я, — ответил тот.

— Я старший, — вмешался Сергей. Допрашивающий повернулся и недоверчиво посмотрел на него:

— Ты?

— Я.

— Кто из них старший? — Вопрос был задан философу Малинину, и тот кивнул на Сергея.

Мужчина так сильно ударил Михайлова по лицу, что у того на глазах заплыла щека.

— Не ври впредь!

Он повернулся к Сергею:

— Что надо обрам? Зачем вас послали? Что вы должны узнать? — и добавил: — Будешь врать, отсеку голову. Он, не поворачиваясь, кивнул на женщин:

— Сначала им головы посечем, потом вам. А прежде железо будем калить.

— Мы паломники. Мы не знаем, кто такие обры. Мы идем к Богу-Императору.

Вожак оглянулся и встретился глазами с людьми своей свиты. Один легко кивнул. Вожак повернулся:

— Клянись именем Бога-Творца, Отца нашего. Клянись, что не врешь! И пусть тебя обры живьем съедят, если врешь!

— Клянусь! — сказал Сергей.

— Все клянитесь, — потребовал он.

Спутники Сергея один за другим с готовностью поклялись, что не имеют к обрам никакого отношения, а идут к Богу. Этого оказалось достаточно.

Сергей был удивлен тем, что процедура освобождения оказалась такой простой. Тем не менее после клятв все и кончилось.

— Всех освободить и накормить. Ты пойдешь со мной, — кивнул вожак Сергею.

Они вышли из сарая на улицу. Догорала вечерняя заря. Быстро темнело, небо из голубого сделалось синим и уже начинало чернеть, обильно зажглись звезды.

Они находились в окруженном бревенчатым частоколом селении. Несколько вкопанных в землю домов прислонялись к осмоленным бревнам ограды, так что крыши служили помостом для часовых — от них по всему периметру частокола был сделан узкий настил, по которому тоже ходили дозорные.