Что за деревья росли по краям этой улицы? Платаны, думала Делия, судя по высоте аллеи, которую они образовывали. Но она никогда не разбиралась в видах деревьев.

Однако понять, как назывался сам город, было просто. Сперва она прошла солидный старый дом с надписью в окне первого этажа: «МАЙК ПОТТС – САМЫЙ ДРУЖЕЛЮБНЫЙ СТРАХОВОЙ АГЕНТ В БЭЙ-БОРОУ». Затем федеральный сберегательный банк Бэй-Бороу. А дойдя до первого перекрестка, женщина узнала, что шла по Бэй-стрит. Но вот вопрос: окажется ли Бэй таким уж приятным местом? Она была совершенно уверена, что заехала не слишком далеко на запад. К тому же не похоже, что в этом городе есть река или другой большой водоем. Пахло здесь только асфальтом.

Объяснение находилось на площади. Надпись на плите под единственной бронзовой статуей, стоящей на заросшей травой клумбе, окруженной платанами и другими деревьями, гласила:

НА ЭТОМ МЕСТЕ В АВГУСТЕ 1863 ДЖОРДЖУ ПЕНДЛУ БЭЮ,

СОЛДАТУ ОБЪЕДИНЕННОЙ АРМИИ, РАЗБИВШЕЙ ЗДЕСЬ ЛАГЕРЬ,

ПРИСНИЛОСЬ, ЧТО ГРОЗНЫЙ АНГЕЛ ЯВИЛСЯ ПЕРЕД НИМ И ПРОИЗНЕС:

«ТЫ СИДИШЬ В КРЕСЛЕ У ЦИРЮЛЬНИКА ВЕЧНОСТИ».

ЧТО ОН РАСЦЕНИЛ КАК ВЕЛЕНИЕ

ОСТАВИТЬ ПУТЬ ПОСЛАНЦА ВОЙНЫ.

ОН ОСТАЛСЯ ЗДЕСЬ И ОСНОВАЛ ЭТОТ ГОРОД.

Делия моргнула и отступила на шаг назад. Мистер Бэй, круглолицый мужчина в костюме строителя, действительно сидел, только вот стул у него был обыкновенный, а не парикмахерский, к тому же украшенный бронзовой резьбой. Руки героя сжимали ручки кресла так сильно, что пальцы казались расплющенными, – он, очевидно, был из тех людей, которые вечно попадают по ним молотком. Делии это показалось комичным. Она рассмеялась, а потом оглянулась через плечо, испугавшись, что кто-то мог ее услышать. Но площадь была пуста, четыре скамейки по краям пустовали. По ее периметру проезжали машины, одна или две одновременно, и люди входили и выходили из низких кирпичных и блочных зданий, но, казалось, никто не замечал Делию.

Тем не менее она сразу подумала о своей одежде. Не столько о пляжной рубашке, сколько о купальнике, об ощущении от него – он казался мятым, жестким и неуютным. Делия все бы отдала за какое-нибудь белье. Поэтому она перешла через дорогу и посмотрела на ряд магазинов на другой стороне улицы.

Очевидно, современность штурмом взяла этот городок. Здания, должно быть, стояли уже целый век – кирпичи истерлись, как старый ластик, блоки осыпались до серого дерева, но теперь здесь размещались видеомагазин «Бурные аплодисменты», «Парикмахерская Триции» и «Дворец Попурри». Казалось, что единственным местом, которое не изменилось, была мелочная лавка на углу, с красно-золотистой витиеватой вывеской и окном, завешенным флагами.

Она привыкла покупать белье самого лучшего качества, но ситуация была экстремальной. Делия перешла через дорогу и зашла в мелочную лавку, в которой пахло карамелью, дешевой косметикой и деревянными полами. Как ни странно, этого места современные порядки не затронули. Возле каждой кассы находился служащий. Девушка с тонкими волосами пробивала чек на детскую книжку с картинками, пожилая женщина упаковывала коробки с печеньем для юной покупательницы. В отделе белья стоял странного вида мужчина, поэтому Делия выбирала белье в спешке и понесла его к кассе; не поднимая глаз. Простой белый нейлоновый бюстгальтер и белые хлопчатобумажные трусы. Трусы продавались по три штуки в упаковке. Другие можно было купить и по отдельности, но ее падьцы наткнулись именно на эти. Делия поймала себя на мысли, что покупает их на случай, если останется дольше, чем на одну ночь. А потом, когда отсчитывала деньги, подумала: «Но я, конечно, смогу носить их и дома. Это ничего не значит».

Теперь у нее появилось белье, но негде было его надеть, потому что туалета в лавке она не нашла. Делия вышла на улицу, запихнув пакет в сумку, и огляделась. Соседняя дверь вела в магазин одежды «Дебби». Манекены сороковых годов с нарисованными волосами представляли последние модели: широкоплечие пиджаки и полотняные брюки, напоминающие по форме перевернутые треугольники. Эта одежда была совсем не в стиле Делии, но там она, по крайней мере, могла найти кабинку для переодевания. Она сделала глубокий вдох, стараясь подчеркнуть свою целеустремленность, сняла с вешалки ближайшее платье и поспешила к ряду кабинок у задней стены.

– Вам помочь? – спросила продавщица, но Делия бросила:

– Нет, я только... – и исчезла за занавеской.

Слава богу, белье подошло (она изо всех сил старалась сделать так, чтобы пакет не шуршал). Это было такое облегчение – наконец-то надеть что-то нормальное. Делия положила купальник в сумку. Потом потянулась к рубашке Сэма, но, взглянув на нее, остановилась. Было совершенно очевидно, что это – пляжная рубашка, как ни крути. Делия посмотрела на платье, которое взяла с вешалки, – серое вязаное платье. Сразу было видно, что оно чересчур длинное, но она все же сняла его с плечиков и натянула через голову. Химический запах новой ткани окутал ее. Она расправила юбку, застегнула молнию сбоку и повернулась, чтобы посмотреть на свое отражение.

Делии казалось, что она похожа на ребенка, который играет в переодевания. Подол доставал ей почти до щиколоток, и та, кого она обнаружила в зеркале, была ей совершенно не знакома – собранная, серьезная женщина в облегающем жемчужно-сером платье. Она могла быть библиотекаршей или секретаршей, одной из тех всевластных секретарш, которые тайно фактически управляют всеми делами. Она представила, как сдержанно говорит: «Вы найдете это в папке мистера Джонса, мистер Смит», «И не забудьте, что вы сегодня обедаете с мэром, вам нужно будет взять с собой материалы...»