— Даня, если я позову тебя в Дикий мир, ты пойдешь со мной? — спросил герцог.

— Один? — казалось, вопрос ничуть не удивил рена.

— В хорошей компании. Ты, полковник Скотт и Женька.

Они сидели на платформе. Была ночь. Их платформа стояла посреди лагеря — его марширующие разбили на чьем-то незасеянном поле. Повсюду мелькали огоньки-светляки. Те, что побольше, принадлежали вечным фонарям, поменьше — сигаретам. Слева и справа от платформы Ланьера стояли под углом еще по две платформы. Благодаря коррекции зрения рен видел так же хорошо, как в молодости, так что сумел разглядеть на платформах неподвижные человеческие фигуры, застывшие бронзовыми изваяниями. Хотя они и старались укрыться за огромными чучелами из папье-маше, изображавших председателя Мирового совета и главу «Глобал» Кристиани.

На ночь на платформе устанавливали палатку, ее называли каютой, оттуда доносился сочный храп, судя по всему, принадлежавший Вязькову. Полковник ему вторил, но куда тоньше и с перерывами. Девицы, днём отплясывавшие румбу, ушли в гости к новым друзьям.

— Зачем? — спросил рен. — Кому я нужен на той стороне? Стрелок из меня, признаться, всегда был никудышный.

— Устраивать среды в Диком мире пока некому. Вот я и предлагаю тебе начать эпоху просвещения.

— А если серьезно?

— Серьезно... — Поль задумался. — Если серьезно, отвечаю: скоро власть на той стороне будет сосредоточена в моих руках, а чтобы управлять, нужны люди. Не только бойцы и стрелки. Нужны такие, как ты и полковник. Не спорю, у вас в головах полно своих тараканов, но порой вы говорите дельные вещи. Что скажешь насчёт поста в государственном совете?

— А... понял. Ты возомнил себя императором, а мне предлагаешь стать придворным?

— Ты все упрощаешь. Но если тебе угодно — считай, что так. Суть ты уловил.

— А как же Валгалла? Ты утверждал, что они вот-вот захватят не только Дикий мир, но и наш, Вечный. Или ты преувеличил опасность?

— Не волнуйся. Теперь, — Поль едва заметно выделил это слово голосом, — я с ней разберусь.

— Значит, ты мечтаешь о власти?

— Любая война ведется за власть. Неважно, какими методами. Одни стреляют, другие опускают бюллетени в урну.

— Я предпочитаю бюллетени пулям. Теперь уже доказано, что при умело проведенной политической кампании выход агрессивности примерно такой же, как и во время настоящей «горячей» войны.

— Значит, когда ты опускаешь бумажку в урну или посылаешь через сеть свое «да» или «нет», ты как будто нажимаешь на спусковой крючок?

— Именно. Поль, мы с тобой были однажды на войне. И я бы не хотел возвращаться в этот ад. Тем более — вести за собой других.

— Я не предлагаю тебе ад. Я хочу, чтобы Дикий мир отныне управлялся по иным законам. Ты мне поможешь. Ты и полковник. Вы украсите мой мир.

— Как цветок на клумбе... или кое-где еще... — хмыкнул рен. — Где находятся вторые врата?

— Здесь, рядом. Ну, не совсем рядом. Но недалеко. Мы доберемся туда на «Повелителе ветров».

— «Повелитель ветров»? Универсальный корабль? Но их всего три. Один у «Глобал», один у «стражей» и третий...

— У виндексов, — подсказал Поль. — Я хотел угнать тот, что находится в распоряжении «Глобал», но недооценил охрану.

— Сразу видно, что ты не разбираешься в реалиях нашего мира, — усмехнулся рен.

— Я бы ответил: учту на будущее. Но зачем? Скоро я покину ваш мир. «Стражи» сами предложили мне корабль. Виндексы тоже пытались договориться, но я отказался. Ну что ж, теперь стражи пойдут по моему следу и найдут врата. Истина проста: тот, кто охраняет вход и выход, контролирует весь мир.

— Я тоже выбрал бы стражей.

— Почему?

— Они — всего лишь таможня. В то время как виндексы — изощренная служба безопасности. Не стоит давать им в руки дополнительную власть.

— Ну что ж, спасибо за совет. Я же сказал: Вечный мир для меня вещь в себе.

— Послушай, Поль... — Рен неожиданно смутился. — А ты видел Веру Найт?

— Киноактрису?

— Ну да. Встречал? Еще живую?

— Видел и живую, и потом... призраком в мортале.

— А я смогу ее увидеть? — У рена дрогнул голос. — Я знал ее при жизни.

— Тогда она может явиться. Наверняка.

— Она по-прежнему хороша?

— Прекрасна.

— Надо же... — Голос рена снова дрогнул. Давняя страсть, на миг угасшая, вдруг ожила вновь. — А Женька? Какова ее роль? — Он очнулся от нелепых фантазий.

Похоже, герцог не ожидал вопроса напрямик и растерялся. Совершенно мальчишеское, наивно-смущенное выражение появилось на его лице. Как будто старший товарищ уличил его в лукавстве.

— Она тоже что-то должна украсить? — продолжал настаивать рен.

— Она — авантюристка, а я обещаю ей массу приключений. Ей понравится на той стороне.

— Так какова будет ее роль?

— Любая, какую она захочет выбрать. — Поль усмехнулся. — Если она не сбежит от меня по дороге.

— А если ей захочется сыграть роль герцогини? Что тогда?