Резиденция лорда Хэркорта находилась в двадцати минутах ходьбы от фешенебельного городского дома его сестры на Керзон-стрит. Даже Гораций не очень устал, взбираясь по каменным ступенькам.

Бросив оценивающий взгляд на модное голубое дорожное платье посетительницы, угрюмый дворецкий объявил, что хозяин никого не принимает.

Верити, отстранив его, решительно вошла в холл.

– Я здесь не с официальным визитом. Передайте моему дяде, что я должна увидеть его по неотложному делу. Это отнимет у него всего несколько минут.

Эти слова были произнесены с твердой решимостью, и дворецкий заколебался. Не было никакого сомнения, что эта молодая дама настроена решительно. Но главную роль сыграло волшебное слово «дядя».

– Его светлость сейчас принимает посетителя, мисс. Но если вы соблаговолите пройти сюда, – пригласил он, открыв дверь с левой стороны холла, – я сообщу ему о вашем визите.

Вопреки ожиданиям, Верити пришлось пробыть в небольшом салоне с окнами, выходящими на улицу, не более минуты, пока дворецкий возвратился, чтобы сообщить ей, что его светлость немедленно примет ее. Оставив Горация на попечении Мег, Верити вошла в великолепно отделанную библиотеку, где за огромной конторкой красного дерева восседал ее дядя.

– Моя дорогая, ты хорошеешь с каждым разом, как я вижу тебя. Могу я предложить тебе что-нибудь?

– Нет, спасибо, дядя Чарльз. Я знаю, что вы невероятно заняты, поэтому не отниму у вас много времени. – Верити внезапно нахмурилась и оглядела просторную, заставленную книжными шкафами комнату. – Кажется, у вас кто-то есть?

– Нет, нет, моя дорогая. Уже нет. И я никогда не занят настолько, чтобы не найти времени для любимой племянницы. – Кивком головы лорд Чарльз отпустил слугу. – Значит, Кларе все-таки удалось заманить тебя в город?

– Тетушке действительно удалось меня уговорить, но получу ли я удовольствие от этого, еще неизвестно, – сухо ответила Верити. – Мы приехали из Кента вчера. Об этом я и пришла поговорить с вами, дядя Чарльз. – Верити задумчиво посмотрела на него. Его политическая карьера началась очень давно. Однако она никогда до конца не понимала, какую именно работу он выполнял для правительства. Он несколько раз выезжал в Португалию и Испанию во время кампании на Пиренейском полуострове и был хорошо знаком с герцогом Веллингтоном. – Одна из постромок тети Клариной коляски сломалась, – объяснила она, – я воспользовалась местом в почтовой карете. – Верити подробно рассказала о том, что происходило в маленькой комнате в придорожной гостинице. Она почувствовала раздражение, когда после всего услышанного дядя Чарльз продолжал сидеть и довольно ласково смотреть на нее, словно она сообщила ему о чем-то не более значительном, чем последние фасоны шляпок. – Ну так что? – нетерпеливо спросила она.

– Да... все это очень интересно, моя дорогая, но я не думаю, что тебе стоит так беспокоиться.

– Вы не думаете?.. – Верити не поверила своим ушам. Неужели ее дядя, которого она всегда боготворила, мог сказать такую чудовищную глупость?! – Вы слышали хоть одно слово из того, что я сказала, дядя Чарльз?

– Конечно, слышал. А теперь успокойся, детка, – миролюбиво сказал он, заметив, как сердито вспыхнули фиалковые глаза. – Уверяю тебя, что все, что ты мне сказала, будет передано... куда следует. – Он махнул рукой. – Но мы постоянно имеем дело с сообщениями о подозрительных шпионах, и в большинстве случаев все это оказывается полнейшим вздором. Так что тебе лучше всего не забивать больше этим свою хорошенькую головку и забыть о том, что это вообще произошло.

Понимая, что дальнейшее обсуждение совершенно бесполезно, Верити встала.

– Сожалею, что отняла у вас так много вашего драгоценного времени, дядя Чарльз.

Язвительная нотка в ее голосе не осталась им не замеченной, но он решил, что будет куда более мудро, если он оставит это без внимания.

– Ничего подобного, моя дорогая. Я всегда рад тебя видеть. Передай тете мой привет и скажи, что в ближайшее время я навещу ее, а если у тебя выдастся свободный вечерок, может быть, ты позволишь своему старому дяде Чарльзу пригласить тебя в театр?

Беспечно улыбаясь, он проводил ее до двери, но в ту же секунду, как он возвратился в библиотеку, его улыбка исчезла, и он озабоченно нахмурился.

– Полагаю, ты все слышал?

Дверь, ведущая в небольшую приемную, распахнулась, и в библиотеку вошел высокий джентльмен.

– Да, я слышал. Жаль, что твоя племянница плохо рассмотрела связного. И жаль, что я тоже не заметил, как он выходил. Но, – неизвестный пожал широкими плечами, – я не ожидал, что кто-то вступят в контакт с нашим маленьким французиком во время этой непредвиденной остановки.

– К счастью, Верити подслушала этот разговор. Но лучше бы она этого не делала. – Лорд Чарльз отвернулся от окна и устремил взгляд на джентльмена, непринужденно развалившегося на стуле. – Ты не сказал мне, что подвозил ее, мой мальчик.

Виноватая улыбка тронула красивые губы молодого мужчины.

– Мне были даны строжайшие инструкции не сажать никого, кого не было в списке, но разве мог я оставить ее там? Я забыл, что вы с ней состоите в родстве. – Он тряхнул головой. – Должен сказать, что она изменилась. Я с трудом ее узнал.