– И Миш не твой племянник…

– Я тебе это с самого начала говорил, а вы с Портняжкой как завелись!

– Ладно-ладно, сам не заводись. Да и хватит глазами хлопать и зубами скрежетать, пора и отвалить: как только нас потеряют, трезубцы, без меня ясно, к кому за объяснениями нагрянут. Он из кожи вылезет - ворота перекроют, местность вокруг каждой дыры и трещины обшарят. У стены тогда лучше не появляться. Ещё хорошо, что пси-поиск здесь не работает…

– Кто тебе сказал?
– удивлённо перебила Натин.
– Аппаратный - да, здесь пространство… замкнутое что ли… или… в общем, много помех для быстрого анализа. Но трезубцы не из тех, кто часто пользуется "радарами" - чувства притупляются. У опытного человека есть чутьё, а, уверяю тебя, в "Серебряном трезубце" опытные… сверхопытные люди… хотя… - она нахмурилась.
– Здесь какой-то блок. Кажется, радиус пси-охвата существенно меньше обычного…

– Значит, у нас вообще нет причин оставаться на месте, - подвёл итог размышлениям Дло.
– Вперёд… а потом, сделайте милость, расскажите, зачем я всё это творю.

Ельник смотрелся хоженым-перехоженым, таким он и был: между смолистых широких стволов вились расчищенные от хвои тропы, рассчитанные на двух-трёх взрослых человек, нижние ветви у многих деревьев аккуратно спилили, а сами деревья пометили замысловатыми знаками. На некоторых елях висели "вечные фонарики" - их тусклый свет не давал лесочку окончательно погрузиться во тьму и позволял не встречаться лбом с разлапистыми поверху деревьями.

– Как их ещё не украли?
– изумился Берри.

– Не выгодно, - откликнулся Дло - и вновь по его телу прокатилась забавная меховая волна. Сейчас проводник как нельзя лучше соответствовал прозвищу "леший".
– Во всяком случае, для тех, кто сюда часто наведывается, а таких немного: редкие грибники, охотники. Они и занимались обустройством. Остальные сюда не лезут - люди не любят это место.

– Но… так ведь это… Ведь это - золотая жила! Это чудо привлекло бы на Азтон толпы туристов, планета бы легализовалась. Сверхновая! Одни доходы от экскурсий перекрыли бы нынешние от контрабанды и тихого ремонта пиратов, а ведь есть ещё и сопутствующий бизнес - отели, еда, сувениры, казино… Я в этом не очень-то разбираюсь.

– А мы тоже, - отмахнулся карлик, - но тоже сразу почуяли, что пахнет большими деньгами. Расщедрились на идею местным баронам - и что ты думаешь?! Они настоятельно советовали не ввязываться! Потому как было, говорят, было, плохо кончилось и лучше лес не трогать. Мы решили обождать… Вот вам, обождали! А ведь самый настоящий клад под ногами: не только все обычные прелести "дикой природы с необычным планетарным положением", но и другие чудеса. Чего только одни весёленькие грибочки стоят! Говорят, мультях от них что надо, даже с сюжетом: эльфийки там всякие, а кому надо и эльфы, бабочки разговаривающие, ангелочки, цветомузыка, просветление, полёты - в общем, на любой вкус. Портняжка на них ведь и подсел - оттого и скопытился. Занимался бы камушками да металлами, а он… А ладно, проехали.

– Проехали… но тебе не кажется, Мех, что для нас этот ельник не более безопасен, чем центральный проспект Амура?

– Я бы сказал: менее - на Амуре сбежавших телепатов не ищут… - волосатый "леший" досадливо цокнул.
– Волчонок, усвой наконец! Я не идиот! Сворачиваем уже - имеется у меня хорошее местечко, даже Портняжка не знает… не успел разболтать.

После ельника унылый день недр Азтона казался если не солнечным, то, по крайней мере, светлым, чему поспособствовал ещё один лужок, отделив мрачно-зелёных красавиц от тёмно-бордовых звезданок. Или не звезданок, а клёнов. Или не клёнов - пусть ксенобиологи мучаются да развлекаются.

Лужок был странным - не лужок, а ровная полоса травы, всё той же осоки, глядя на которую, Слай недоверчиво покачал головой и что-то буркнул под нос. Берри его понимал: если стена, подземный лес и "сталактиты", окружённые облаками, смотрелись подозрительно, но в чём-то естественно, то поросший осокой луг ни в коей мере не выглядел натурально. Как и клёны: они, высаженные в ряд по три, оказались чем-то вроде забора, скрывающего настоящую чащу от путников.

Под ногами вились тропы - всё ещё скорее человеческие, чем звериные. Они рассекали заросли высокой, сердито жалящей крапивы, заводили к цепким, укутанным в липкую паутину кустам с алыми зернистыми ягодами и ныряли под поваленные, но вполне преодолимые поверху стволы деревьев. Те во множестве оккупировали лишайники и грибы, некоторые из засыхающих трутовиков по красоте и размерам не уступали расписному креслицу для ребёнка. А вот на живых деревьях виднелась только уродливая рыхлая чага. Выбравшись из крапивы, тропинка не позволила путникам облегчённо вздохнуть, мгновенно заведя их к маленьким ёлочкам, не менее зло охаживающим лапами по бокам, рукам и лицу. Впрочем, этот окультуренный зелёными малютками участок команда миновала быстро - путников окружил привычный подлесок, в котором явно преобладал волчеягодник. Его кроваво-красные блестящие ягодки в ореоле узких лавровых листочков так и манили - сорви, съешь - Денила, хоть и предупреждённый заранее, получил по тянущимся рукам от матери и Берри, но образумился лишь после чувствительного подзатыльника Слая.

За мелкими препятствиями не замечались крупные, а посмотреть было на что: высоченные, наверное, залётные дубы, несколько корявенькие старые берёзы, всё те же ели и вязтры, перекрывающие роскошными кронами доступ и без того неяркому свету.

Земля явно шла под уклон. Небо отдалялось. Глядя на него, теперь совсем не верилось, что гости Азтона и их проводник бродят внутри, а не на поверхности планеты.

Трижды встречались неширокие ручейки - один, проложивший довольно-таки глубокий овражек, они перебежали по роскошному поваленному дереву, покрытому упругим и одновременно скользким ковром из зелёно-коричневого мха. Под ногами ствол, вместо перил ветви с вялыми листами - неплохой мост даже для карлика и десятилетнего мальчика. Два других ручья команда преодолела не сразу, так как Дло велел пройти по воде - поначалу он обозвал это предосторожностью против ищеек, потом сознался, что так проще двигаться. На всех, кроме него самого, были боты, вроде десантных, так что никто и не возражал.

Наконец, карлик завернул за особенно густые заросли лещины и выдохнул:

– Пришли.

Глазам открылась небольшая, уютная поляна - всё та же остролистая осока и разбросанные в живописном, прямо-таки художественном беспорядке укутанные в мох валуны. Камни валялись везде, но при орешнике их было не в пример больше, судя по их виду, лежали они так давно. Берри и Натин одновременно подумали о разорённых капищах, но мыслями ни с кем не поделились - почему-то им обоим почудилось, что высказанные вслух догадки сделаются явью, неоспоримо доказанным фактом, а задерживаться в разрушенном святилище не хотелось. Колонизаторы - народ суеверный, среди них считалось плохой приметой находить на новых планетах кладбища и заброшенные алтари… А если ничего никому не говорить, то кучка камней останется просто кучкой камней - среди них и от погони спрятаться можно.