— На мой взгляд, это убийство совершил профессионал, — сказала она. — Эта женщина заранее все подготовила. Она привезла с собой гарроту, наручники, одежду на смену. Похоже, у нее был четкий план. Так что, мне кажется, и план отхода у нее тоже был.

— Может, она все еще здесь, в гостинице, — проговорил Лумис.

Сьюзан поняла, что такой вариант устроил бы шефа охраны больше всего. Тогда у него был бы шанс поймать убийцу самому. Если бы ему это удалось, никто и не подумал бы вызывать полицию. У владельцев казино традиционно были свои, довольно суровые методы отправления правосудия.

— Нет, она уже скрылась, — сказала Сьюзан. — Видите, как четко она все спланировала. Да она была в милях отсюда еще до того, как тело успело остыть.

— А вы, детектив Кэмпбелл, тоже считаете, что здесь сработал профессионал? — спросил Стэли.

Гарольд замешкался с ответом. Было видно, что он взвешивает каждое слово.

— Возможно. Я, правда, никогда не слыхал, чтобы наемным убийцей была женщина.

Сьюзан бросила на него злой взгляд, но Гарольд этого словно не заметил. Он сидел весь какой-то расслабленный, с привычным выражением отрешенности и мечтательности на лице. «Небось опять о пенсии своей мечтает!» — с горечью подумала Сьюзан.

Зазвонил аппарат внутренней связи. Стэли нажал на кнопку и сказал:

— Да?

— Мистер Стэли, тут двое каких-то мужчин требуют встречи с вами.

— Кто они такие?

— Они, э-э, они оба по фамилии Верноны.

Он снова нажал кнопку и сказал:

— Пусть войдут.

Стэли взглянул на Лумиса:

— Черт, это близнецы Верноны. Боюсь, их сильно расстроит история с Максом.

Не дав Лумису ничего ответить, Сьюзан спросила:

— Это что, братья убитого?

— Хай и Норм Верноны. Знаете их?

Сьюзан помотала головой:

— Я слышала, что...

— Они обретаются в Вегасе со времени его основания, — перебил ее Стэли. У него была гнусная привычка перекрикивать собеседников — очень уж ему, видимо, нравился собственный голос. — Они родились и выросли в этом городе. Живут сами по себе, где-то в пустыне. Они держат половину этого чертова города, а второй половиной тоже благополучно помыкают.

Сьюзан поднялась с кресла и одернула юбку:

— Ну, мной-то они помыкать не станут.

Стэли улыбнулся:

— А знаешь, Мэл, я думаю, она права.

Лумис промолчал. На лице у него не мелькнуло ни тени улыбки.

Сьюзан взглянула на Гарольда. Он продолжал сидеть, и было похоже, что вот-вот заснет. Господи, боже.

Двери лифта открылись, и в офис ввалились два настоящих ковбоя в соответствующих нарядах и широкополых ковбойских шляпах коричневого цвета. Сьюзан сразу заметила, что сросшаяся бровь была их с Максом семейной чертой. У его братьев бровь тоже шла сплошной полосой, только была не черной, а седой и кустистой. Кроме того, оба брата отращивали усы, так что получалось, что их лица делились на три части двумя серыми полосами. Братья были абсолютно одинаковыми, только один из них носил очки с толстыми стеклами в черной оправе.

— Бог ты мой, Кен, — начал с порога тот, что был в очках, — объясни мне, как такое могло произойти в твоей гостинице?

— Успокойся, Хай. Мы тут были бессильны. Макс, похоже, подцепил какую-то бабу в баре, привел ее к себе в номер. Она его там убила. Никто ничего не видел — не слышал.

— Что? Баба? — завопил другой брат. — Нашего младшенького убила баба?

— Похоже на то, Норм. — Стэли опять взялся за пульт и отмотал пленку назад.

— Вы же знали Макса. Бегал за каждой юбкой. А в этот раз, видите как, с девкой не повезло.

Братья Верноны что-то бормотали и сыпали проклятьями. У того, что был в очках, Хая, задрожала крупная нижняя губа: казалось, еще немного, и он заплачет. Сьюзан поежилась. Самое ужасное в работе в «убойном» отделе — это общение с родственниками убитых, когда приходится приносить в дом страшную весть, каждый раз видеть горе.

Стэли нажал на кнопку как раз вовремя: на экране застыли изображения Макса Вернона и той женщины у самого входа в номер.

— Вот видите, — прокомментировал он, — Макс завел ее внутрь, а через некоторое время она вышла уже одна, в парике и другой одежде. Горничная нашла Макса сегодня утром. Он был раздет и прикован наручниками к спинке кровати. На шее у него была затянута проволока.

— Батюшки-светы, как же Макс мог позволить, чтобы над ним такое учинили? — воскликнул Хай срывающимся голосом.

— Как-как. Придурком он был — вот как, — сказал Норм. — Стэли прав, бегал за каждой юбкой. Вот и нашел себе фифу, которая его оседлала и шлепнула.

— Прошу прощения, — вступила Сьюзан, — я Сьюзан Пайн, это — детектив Кэмпбелл, полиция Лас-Вегаса. Мы ведем это дело.

Она предъявила им полицейский значок, но Хаю было не до того — он осматривал ее с ног до головы.

— Вы будете вести расследование?