Райли нахмурился:

— В этом-то, видишь ли, и есть вся проблема. Жить я, может, и буду дольше, но такая жизнь меня не устроит. Если не выйдет вернуть все в моей жизни на свои места, я и смысла продолжать ее не вижу.

Сэл уперся пухлыми ручками об округлый край стола и стал возить по нему ладонями вверх-вниз.

— Я что, по-твоему, похож на психолога горячей линии для склонных к суициду?

Райли слегка приподнял пистолет, так что он оказался ровнехонько напротив носа Сэла.

— Ты бы не умничал. Не то у тебя положение. Я ведь сказал, мне и жизнь-то может уже не дорога. А это значит, мне ничего не стоит пристрелить тебя и просто уйти.

Сэл громко сглотнул и протер потный лоб уже изрядно засаленной повязкой.

— Тебе нет смысла меня убивать.

Райли пожал мускулистыми плечами:

— Ты говорил, вся информация у тебя в кабинете, в папках. Вот убью тебя, а потом спокойненько все осмотрю.

— Толку-то, — ухмыльнулся Сэл, — там все зашифровано.

Райли резко вскинул пистолет и проговорил:

— Папки по Бенни Барроузу на стол, быстро.

— Ну хорошо, хорошо, — Сэл медленно поднялся, — они должны быть вот здесь, в нижнем ящике.

Он опустился на корточки, покопался в ящике и наконец выудил папку с данными на Барроуза. Папка была тоненькой — всего-то пара документов — только самое необходимое для самозащиты, чтобы было что предложить полиции в обмен на сделку о признании вины [25] . И вот теперь результатами его предусмотрительности воспользуется какой-то бывший полицейский, отступник и изгой.

Сэл отошел вместе с папкой обратно к столу. Он годами использовал один и тот же код, основанный на простейшей подстановке, так что сложностей с расшифровкой не возникло. Он мог прочесть этот текст с такой же легкостью, какой человек, владеющий французским, читал бы «Ле Монд». Одного взгляда на документы хватило, чтобы понять, что его неприятности только начинаются. Он плюхнулся в кресло.

— Что?

— Я не знаю, кто заказал этого человека, — сказал Сэл. — Заказ пришел из Чикаго, через тамошнего брокера. А я не знаю, кому понадобилось убивать твоего Барроуза.

— Как зовут этого чикагского брокера?

— Майк Вилетти. Жутко осторожный тип.

Райли замер на какое-то время, как бы просматривая в уме досье на всех известных ему жуликов и пытаясь отыскать среди них Майка Вилетти. Потом он снова обратился к Сэлу:

— Стало быть, Вилетти тебе позвонил. Вы обсудили детали. А с заказчиком ты сам не встречался.

Сэл кивнул.

— Мне кажется, тебе срочно надо позвонить. — Райли махнул рукой с пистолетом в сторону телефона.

Сэл стал судорожно соображать. Майку Вилетти звонить никак нельзя. У него связи с мафией. Этот, если узнает, что Сэл проболтался о нем полицейскому, пусть даже бывшему, долго думать не станет: ноги в таз с цементом — и в воду.

— Ты сию минуту возьмешь трубку и позвонишь в Чикаго, — прошипел Джо, — или я в тебе сейчас дырок понаделаю.

— Да с этого не будет никакого...

— Считаю до трех.

— Ты же просто не знаешь, что это за...

— Раз.

— Он ведь ничего не скажет...

— Два.

— Все, все. Звоню. Но это все равно что надеяться на чудо. Вилетти ни черта мне не скажет.

— А ты используй всю свою силу убеждения. А не то худо будет.

Сэл набрал номер Вилетти и стал ждать, пока один из его громил, ответивший на звонок, подзовет шефа к телефону. Господи, только бы он был на месте. Райли, судя по всему, слово «нет» вообще не воспринимает.

— Алло, Майк? Да, это Сэл Вентури. Слушай, у меня тут, э-э, такое к тебе дело.

Джо сидел в кресле и слушал реплики Сэла. Вилетти, очевидно, не хотел делиться информацией, но Сэл так его обхаживал, так умалял, что тот сдался. Мерзавец повесил трубку и широко улыбнулся.

— Готово дело! — отрапортовал он. — Представляешь, оказалось, что это коп.

— Брешешь!

— Так Вилетти сказал. Сам Майк нигде не распространялся, что заказчиком был полицейский, да и полицейский тот постарался на славу — уже после того все дело аккуратно замял. Тот еще жук — спрятался так, что и не отыщешь.

Джо крепче сжал рукоять пистолета.

— Хватит уже. Называй имя.

Сэл откинулся на спинку кресла. Вид у него был такой, будто он скинул с себя тяжелый груз.

— Этот перец, заказчик, сам работает в «убойном» отделе. Нет, представляешь? Идеальная схема.

У Джо все похолодело внутри.

— Имя!

И тут улыбка Сэла померкла, словно он испугался, что Джо вдруг слишком бурно воспримет эту информацию. Он помялся немного и наконец выпалил:

— Сэм Килиан.

— Да ты врешь, мешок с дерьмом! — завопил Джо. Но сам он уже понимал, что это правда. Тогда все становилось на свои места: и пропавшие улики, и явные ляпы в расследовании. Джо как-то привык списывать эти ошибки на то, что им с Сэмом было, в сущности, наплевать, кто пришиб этого гада. День убийства Бенни Барроуза следовало бы сделать красным днем календаря; одним таким говнюком меньше — чище в городе. Но объективно говоря, Сэму ничего не стоило организовать идеальное прикрытие.