Гордон вновь набрал полный ход, оставляя пустую станцию 12 за спиной. Фриман глянул в небо – солнце уже начало клониться к закату – надо же, а ведь он приехал в Сити 17 совсем недавно. Внезапно раздался резкий гул – и черный силуэт изящного вертолета затмил солнце на миг. Гордон пригнулся, когда его обдало ветром из-под винтов. Но, похоже, его не заметили. Вертолет унесся вдаль, вниз по реке. Гордону опять повезло. Он даже и не хотел думать о том, что было бы, если эта махина дала по нему залп из всех орудий. Даже его костюм бы не помог – он был почти разряжен, хотя вортигонт потрудился на славу.

Гордон все так же быстро, но уже осторожнее, поплыл вниз по реке. Местами высохшая река была кое-где перекрыта хлипкими подобиями плотин, наскоро сколоченных из разномастных досок. Но останавливаться не приходилось – через все эти заграждения были Перекинуты добротно сделанные трамплины, которые иногда представляли собой доски, иногда – листы шифера, иногда металла. Похоже, эта трасса была уже хорошо обжита повстанцами. Интересно, сколько уже беженцев прошло через эти воды, направляясь в лаборатории Илая? И сколько из них добрались до конца? Гордон только мельком задумывался об этом, перемахивая через плотины и заборы по трамплинам. Его катер, казалось, трещал по швам, но выдерживал эти жесткие прыжки. Вообще Гордону казалось, что его столько своеобразный транспорт собран из всех возможный подручных материалов – проволоки, газовых баллонов, жести, винтиков и старых диванных пружин. Но, как ни странно, все это отлично работало, и, скрипя и шатаясь, все же везло Фримана вперед без малейших неполадок в механизме, который придумывал какой-нибудь безумный инженер-конструктор в припадке яростного вдохновения. Так, по крайней мере, казалось.

И, когда в первый раз перед Гордоном попался вместо очередной плотины массивный каменный мост, пересекающий речушку, Гордон вздохнул от облегчения, решив, что его скачки окончены. Но расслабиться ему не удалось.

– Эй, там, на катере!

Гордон удивленно поднял голову – на мосту стоял человек. Он не был одет, как "гражданин", но и не как ГО-шник. В руках он сжимал ящик. Фриман замедлил ход, но приготовил автомат. На всякий случай.

– Сюрприз! – и ящик полетел вниз, плюхнувшись в воду перед самым носом у Гордона.

Фриман даже ничего не успел сделать – он лишь замер и сжался. Это могло быть чем угодно, даже… Но это была не бомба. Отойдя от прилива адреналина, Гордон увидел, что удар о воду сорвал с ящика крышку. В медленно наполняющейся водой таре покачивались три коробки патронов, два коричневых бумажных пакета и три странных коробочки. Подняв ящик на и без того шаткий борт катера, Гордон увидел, что эти странные предметы, показавшиеся ему поначалу коробочками, оказались батареями, какими пользовался Альянс для подзарядки своих энергожилетов. Фриман улыбнулся – вот это сюрприз так сюрприз! Гордон запоздало посмотрел наверх, на мосту уже давно никого не было. Фриман пожал плечами и первым делом подзарядил костюм. Три батареи дали заряд около восьмидесяти процентов – проценты, которые могли восемьдесят раз спасти ему жизнь. Патроны оказались большей частью для автомата, и только одна коробка была наполнена рядами патронов тридцать восьмого калибра. На секунду задумавшись, Гордон вспомнил, что такой калибр, в основном, используется в револьверах системы Smith Wesson. Жаль вот только самого револьвера не было… Но Гордон уже давно привык ничего не бросать под ноги – и на этот раз он припрятал коробку с патронами в одно из отделений скафандра. Туда же отправились и излишки автоматных патронов. Как только Гордон с удовольствием заметил, что он превосходно экипирован, он принялся за два бумажных пакета. В одном из них, побольше, оказался завернутый в полиэтилен большой гамбургер. Фриман еще раз улыбнулся доброте неизвестных друзей – надо же, это ведь они, наверное, караулили его у этого моста не один час… А вот содержание второго пакета совсем его удивило – в нем нашлась литровая бутылка русской водки. Гордон присвистнул – это была не та дешевая подделка, какие продавали в баре на углу Стейтон стрит, этикетка у бутылки была на русском языке, название тоже. Фриман пожалел, что не знает этого языка и не может прочесть название. Он со странной смесью сомнения, аппетита и сожаления посмотрел на бутылку. И покачал головой – ну что с ней делать? Как поступил бы на его месте русский, для которого и выпустили эту водку? Наверное, махнул бы рукой и на Илая, и на Альянс, хорошенько бы выпил и закусил, и уснул тут же, под мостом, на воздухе, не заботясь о том, что будет потом – сейчас ведь хорошо! Гордон даже ощутил мурашки на руках – такой план показался ему заманчивым. Но нет. Фриман отлично понимал, что сейчас не время. Да и если откровенно, он никогда не умел пить ТАКИЕ напитки… Так, по чуть-чуть, в общежитии с друзьями, в шумной компании. Но не литр за раз. Гордон усмехнулся. Какие все-таки интересные у него его неизвестные друзья. Но пить он это не будет. По крайне мере, сейчас. Гордон положил бутылку в какой-то ящик, закрепленный на катере. Кто знает, может, Илай по этой части больший ходок, чем Гордон?

Фриман быстро перекусил гамбургером и поспешил отправиться в путь – солнце неумолимо все сильнее окрашивало серое небо в розовый цвет. Гордон проехал несколько поворотов, когда вдруг снова почувствовал терпкий запах. Вода снова начала переходить в желто-зеленую жижу. Фриман поморщился и прибавил газу – опять он попал в эти гадкие отходы… Но он не успел даже как следует поворчать про себя – над его головой вдруг пронесся и умчался вперед странный летательный аппарат. Фриман понял, что он видел такой раньше – там, на крышах Сити 17 над ним пролетело нечто подобное. Если бы Гордон верил в то, что ему казалось, то он бы решил, что этот аппарат – живое существо – слишком уж изящно двигаются его ласты-крылья, лавирует его тело между скалами. Фриману даже показалось, что он видел два огромных фасеточных глаза… Гордон поругал самого себя за лишние раздумья – надо было срочно выяснить, что это был за корабль, и зачем он здесь появился. Но ответ пришел очень быстро – прямо за поворотом Гордон увидел, как аппарат (или гигантское насекомое?) снизился и, открыв отделения в боках, высадил на берег группу людей. Фриман резко затормозил. Это были ГО-шники. Фриман долго не раздумывал, и, поддав газу набрал максимальную скорость. Еще издали, по гулу мотора катера ГО-шники заметили того, за кем они прилетели сюда. Они сразу же сгруппировались – двое заняли удобные позиции по обеим сторонам речушки, не обращая внимания на радиацию, а трое встали в виде футбольной "стенки", выставив вперед автоматы. Гордон затаил дыхание, выжал ручку газа до конца и пригнулся, когда начался ливень пуль. План его сработал, хотя и отчасти – он на полном ходу врезался в стену ГО-шников, успев услышать их последние крики – и подмял их под днищем катера. Он даже успел услышать тревожный писк их систем жизнеобеспечения, и унесся далеко вперед, оставляя позади обескураженные крики двух оставшихся ГО-шников. Гордон усмехнулся – первая победа далась легко, и Гордон на всякий случай сделал несколько виражей, и вовремя – несколько последних пуль просвистели мимо. Гордон еще более ободрился и на полном ходу понесся сквозь встречный ветер.

Проезжая мимо какого-то жилого района, который виднелся недалеко от берега, Гордон обратил внимание на один из мониторов, висящих на зданиях. Именно на таком передавали речь Брина, когда Гордон только приехал в этот город. Но сейчас экран словно бился в агонии. Изображение на нем беспорядочно мелькало, прыгало искажалось, мерцало. Мелькало то лицо Брина, то разноцветные волны помех. Гордон прищурился – ему показалось, или среди этих помех проскочило бесстрастное лицо G-man`a? Лет двадцать он решил бы, что ему показалось. Но сейчас он знал, что он действительно это видел.

Гордон увидел, что вода снова начала переходить в радиоактивные отходы. Странно, он и не заметил, как кончились предыдущие. Но на наблюдения не было времени. Гордон на полном ходу выехал за очередной поворот и чуть не снес еще одного ГО-шника, который, так же как и Гордон, явно этого не ожидал, и со сдавленным криком отпрыгнул в сторону и тут же открыл огонь, как и два его товарища. Гордон, когда чуть не налетел на него, резко увел руль влево, заставив катер круто вильнуть, и при этом чуть не опрокинулся. Катер, сделав такой лихой вираж, значительно замедлил ход, и Гордон едва успел пригнуться, прежде чем грянули выстрелы. На ходу, пытаясь одно рукой вывести катер на середину реки, Гордон другой рукой схватил автомат и вслепую дал очередь по ГО-шникам. Писк из систем жизнеобеспечения дал ему понять, что он не промахнулся. Уже, вырулив на реку, и успокоив отчаянно бившееся сердце, Гордон мысленно отметил, что раньше при смерти амуниция ГО не пищала. Да и только теперь он понял, что эти ГО-шники изрядно отличались от прежних, которых он видел в городе. У этих булла та же форма, но уже не угольно-черная, а сероватая, со странными нашивками на плечах. И опять же, высадка из летательного аппарата, система жизнеобеспечения, серьезное вооружение… Судя по всему, это были уже не ГО-шники. Первое, что шло на ум – это то, что это солдаты. Да и действую они более слаженно, упорядоченно, идя в атаку группой. Гордон усмехнулся, снова набирая ход. С солдатами он уже дело имел. Пусть только попробуют…

Фриман проехал под очередным мостом, но кое-что заставило его уже серьезно волноваться. Сначала был вертолет, потом транспортный корабль, а теперь – по мосту, гудя двигателями, пронесся бронетранспортер. Гордон понял, что игра затевается большая. Подтягивают войска, и, похоже, именно с целью уничтожить Фримана. Гордон поежился. Если на него пустят сотню человек, или ударят артиллерией, то ему точно не поздоровится… Но пока что это все были домыслы, и надо было ехать. Только бы успеть до темноты…