Крутая мадемуазель, я даже себя неловко почувствовала. Как кролика подопытного изучает. Дела. Ну и дети нынче пошли. Еще придется очень подумать, стоит ли заводить своих собственных. Но как обходиться со столь сложными объектами воспитания, презирающими абсолютно всех взрослых без разбору, я прекрасно знала. А читать им нравоучения совершенно бесполезно: пусть этим неблагодарным делом занимаются родители. Сейчас надо лишь показать, что и я так могу. Как она.

Кладу ногу на ногу и лениво интересуюсь:

— У вас курить можно?

Это сразу подымает мой авторитет на несколько порядков.

— Сейчас, — девчонка проворно вскочила, удалилась на кухню и приволокла оттуда хрустальную пепельницу, выполненную в виде бегемота с открытой пастью.

— Сигаретой угостите? — поинтересовалась она.

Я восприняла ее вопрос как своеобразный тест на родственность душ и, поколебавшись немного, иронично спросила:

— Не рановато ли? Тебе ведь только пятнадцать?

— А я курю с тринадцати. Это личное дело каждого.

— Ну-ну, — и протянула ей раскрытую пачку.

Она жестом заправского курильщика прикурила и, прищурившись, выпустила дым колечками.

— Таня Гаврилова собиралась купить у тебя компьютер?

— Вы пришли только из-за этого? — искренне удивилась девочка.

— Я случайно узнала, что она для этого собиралась где-то достать денег. Ты что-нибудь знаешь?

— «Шефеде». — Она вновь с явным удовольствием затянулась.

— То есть?

— Танька сказала, что фирма «Шефеде» возместит ущерб, и попросила меня, чтобы я уговорила свою маманьку сказать ее маманьке, что мы компьютер согласны продать якобы за пятьсот баксов.

Я пока ничего не поняла и молча ожидала продолжения.

Девчонка стряхнула пепел в бегемотовскую пасть и продолжала:

— Танька сказала, что мы можем не волноваться, что «Шефеде» обязательно заплатит и у нее будут деньги. И она их отдаст. Только об этом ее маманька не должна знать.

— И твоя маманька согласилась? — Я невольно перешла на ее стиль общения.

Девица пожала плечами:

— Так я не успела этот вопрос провентилировать. Таньку же в тот вечер убили.

— А ты почему же не сказала милиции про эту самую «Шефеде»?

— А кто меня спрашивал про компьютер? Я не знала, что это важно.

— Еще как важно! Возможно, убийца работал в этой фирме, и Таня это каким-то образом узнала. И решила действовать сама. На свой страх и риск.

— Ботва, — девица затушила сигарету и вальяжно потянулась. — Она бы такое точно мне растрепала.

— А что ж она тогда не рассказала тебе ничего про эту фирму и про то, почему фирма должна ей заплатить?

— Да не успела. Обещала, что сделает это когда-нибудь потом. Сказала, что пока это — секрет.

Я решила поехать домой. Во-первых, надо поесть, а во-вторых, подумать и полистать телефонные справочники. Может быть, там я найду ответ на вопрос по поводу таинственной «Шефеде».

Вечерняя майская прохлада, наполненная волнующими душу ароматами, медленно опускалась на уставший от суеты город. Дышалось легко и свободно, и совсем не хотелось думать.

Но бездействовать и терять время даром я не имела морального права. В моем распоряжении остался сегодняшний вечер и завтрашний день. Потом Игоря скорее всего упекут в каталажку, где он будет сидеть со всякого рода отморозками. Мало приятного. Для него. А для Нины, которая, по сути дела, останется на некоторое время без моральной поддержки, одна со всеми своими несчастьями, вообще болт, как сказала бы одна из моих подруг Светка.

Поэтому я не позволила себе расслабиться, я взбодрила себя прохладным душем, поела приготовленный в период активной мозговой деятельности фаршированный перец и сварила отменный кофе. Потом уселась с чашечкой в кресло, положила на колени телефонный справочник тарасовских фирм и предприятий. Час был потрачен впустую.

Я нервно вздохнула и пошла на кухню курить и опять варить кофе.

Это прямо наваждение какое-то! Фирма, которой нет в справочнике. Такого я не ожидала и не знала, что делать дальше. Была бы хоть какая-то хорошая зацепка, а уж потом я бы сориентировалась: «жучок» внедрила, метод шоковой терапии применила… Словом, нашла бы, как преступника раскрутить. А тут… сплошные иксы и игреки.

Надо позвонить Григорьеву. Может быть, в их отделе, занимавшемся делом Веры Маркеловой, всплывала эта фирма. Но меня и тут поджидала неудача. А я так и подумала, поскольку позвонила ему сначала домой, и жена сообщила, что мой коллега еще не вернулся с работы. В этот момент я и поняла, что ничего нового не узнаю, поскольку одна неудача влечет за собой другую. Цепная реакция.

— Нет, детектив ты мой гениальный. Я про твою «Шефеде» слыхом не слыхивал и видом не видывал. Так что извиняй. Ты прости, но у меня тут еще куча бумаг всяких. Если еще что надо будет, звони. Мне тут сегодня до глубокой ночи еще торчать.