Крадучись, в полном молчании, как призраки, они направились через комнаты к задним дверям, потом на окружавшую дом галерею. Не прошло и минуты, как они оказались на лужайке. От нее тропинка вела на край мыса.

Пропитанный влагой воздух казался мягким, нежно ласкающим кожу и таким свежим от дыхания ночного океана, словно эликсир – напиток вечной молодости. Бледная луна с высоты небес освещала им путь. Она казалась такой же, как и в тот вечер, когда они с Диво-той бежали из горящего дома, хотя теперь ее свет казался ласкающим. Где-то рядом в темноте зашелестели листья пальмы и ветки кустов жестколистой эфедры.

Они уже почти пересекли лужайку, догоняя бежавшие перед ними собственные тени, когда Элен вдруг почудилось, что они слишком заметны. Ей стало не по себе, и она не удержалась и в страхе шепотом позвала:

– Райан?

– Я понимаю, – ответил он. – Продолжай двигаться, но не беги.

Они ускорили шаг, старались делать его шире – один, другой, третий...

Неожиданно позади раздались гневные визги. Беглецам показалось, что крик сотни глоток переходит в густой, волнообразный рев.

– Теперь беги!

Элен, подхватив свои юбки, понеслась так быстро, как могла. Оборачиваться не было никакой необходимости, она и так знала, что увидит мужчин, мачете, ружья...

Глаза застилали слезы, в груди кололо от бега и резкого дыхания. Бешеный стук ее сердца напоминал быстрый барабанный ритм. Камни и раковины, разбросанные в траве, ранили ей ноги сквозь тонкий сатин порванных свадебных туфелек, но она, казалось, не чувствовала этого. За своей спиной она различала топот ног Дивоты – с одной стороны и Райана с другой. Ее ночные кошмары повторялись наяву – бег наперегонки с воющей смертью...

Вдруг позади раздался выстрел. Над их головами просвистели пули. Им казалось, что пронзительные возгласы и кровожадные крики приближаются. Приближался и край мыса. Тишину разорвал еще один выстрел. Наконец перед беглецами открылась узкая песчаная тропинка, уходящая вниз и вправо по поросшему травой склону. Взбивая ногами песок, они круто свернули на нее и теперь бежали вниз вприпрыжку и скатывались по скрытым под песком камням.

Внизу расстилалась залитая лунным светом дуга пляжа, на берег меря и лениво накатывались темные волны. В воде чернел низкий борт шлюпки. Рядом с нею с мушкетами, готовымик стрельбе, стояли двое мужчин, глядевших вверх, на гребень холма на мысу. Позади них, в стороне от прибоя, на волнах покачивалась двухмачтовая шхуна. Она стояла на якоре, укрытая в бухте, темная, без огней, ничем не выдавая своего присутствия.

Возбужденная толпа негров, не прекращая своего преследования, скатывалась за ними с нависающего края мыса, пробиваясь сквозь кусты, обрамлявшие его. Они издали громкие и пронзительные звуки победного ликования, когда наконец разглядели в темноте свою добычу. Вывернутые из земли камни полетели в беглецов и глухо застучали по плотному песку вокруг них.

Прозвучал еще один выстрел, и пуля рассекла воздух над головой Элен. Копье, брошенное с невероятной силой, вонзилось в песок справа от нее. Два других упали совсем рядом, а еще одно, пролетев по широкой дуге, шлепнулось в воду.

Впереди них лежал плоский кусок пляжа. Элен добежала до него первой. Райан обернулся, чтобы взглянуть назад. Темная масса тел волной скатывалась по склону мыса. Он снова повернулся в сторону шлюпки, рупором приложил ладони к губам и крикнул:

– Стреляйте! Стреляйте же!

И тут же раздался двойной выстрел из мушкетов. С мыса раздались крики паники. Погоня замедлилась. Матросы бросили мушкеты в длинную шлюпку и принялись сталкивать ее в воду, стараясь удерживать ее на гребнях волн в готовности к отплытию.

Десять метров, пять – и вот они все уже у шлюпки и карабкаются на ее борта. Райан, схватив со дна шлюпки мушкет, стал его перезаряжать – насыпал в него пороху, заложил пулю, которую ему подал один из матросов, уже сидевший в шлюпке, а другие матросы, мокрые и чертыхающиеся, тем временем ввалились в шлюпку через планшир [10] . Они разобрали весла и стали выгребать против волн. Райан поднял заряженный мушкет и нажал на спуск. Негр, бежавший впереди потока черных тел, взмахнул руками и упал навзничь.

Времени на второй выстрел уже не оставалось. Шлюпка от ритмичных ударов весел стремительно уносилась по волнам, оставляя пляж позади. Еще один или два выстрела с берега прогремели им вдогонку, но пули, не причинив беглецам вреда, шлепнулись на излете в воду. Полоса воды, отделявшая шлюпку от берега, становилась все шире. Несколько преследователей сгоряча забрели в воду и, размахивая кулаками и своим оружием, что-то кричали, но их уже почти не было слышно.

Элен повернулась лицом к носу шлюпки. И хотя она обеими руками вцепилась в банку [11] , на которой сидела, она не смотрела по сторонам и не замечала растущий силуэт судна впереди них. Окрашенная в темно-серый цвет, с белой полосой, опоясывающей корпус, шхуна, как оказалось, была украшена еще и вырезанной из дерева фигурой женщины в развевающихся одеждах. Черными буквами по белой полосе было написано название судна – «Си Спирит» («Морской дух».).