Эти женщины знают правила игры и никогда не допустят, чтобы их сердце оказалось разбито.

Тайлер шагнул к ней.

– Кэтлин, – мягко сказал он, не отрывая взгляда от ее лица. В одном этом слове прозвучало утверждение, вопрос, просьба, что испугало ее до такой степени, что она слепо повернулась к презренному Лейтону и схватила его под руку.

– Это Лейтон Бэрон, – поспешно представила она. – Лейтон, а это Тайлер Кинкейд.

Лейтон замялся, облизнул губы и наконец протянул руку. Она дрожала. Тайлер взглянул на нее, но своей не протянул.

– А-а, еще один Бэрон, – сказал он с кривой усмешкой. – Как здорово.

– Лейтон и я как раз собирались на ленч.

– Нет, – сдавленно промямлил горе-кавалер. – Я хочу сказать… Я имел в виду… – Он нервно улыбнулся. – Мы собирались, но дядя…

– Что ты здесь делаешь, Кинкейд? – Джонас поднялся со своего стула и шел навстречу Тайлеру. Его движения, осанка, даже напряженная линия скул очень напоминали почему-то Тайлера. – Моя падчерица не намерена впредь с тобой встречаться, поэтому немедленно покинь этот дом.

Тайлер посмотрел на Кэтлин.

– Это так? – мягко спросил он. – Ты действительно не хочешь меня больше видеть?

У Кэтлин в горле застрял краеугольный ком, мешая вымолвить хоть слово. Она откашлялась.

– Нет. То есть да. Я решила именно так, как сказал Джонас. – Она прижалась к Лейтону. – Тебе здесь нечего делать, Тайлер.

Тайлер холодно улыбнулся и повернулся к Джонасу.

– У меня дело к вам.

– Мы с тобой уже все обсудили, Кинкейд, – резко ответил Джонас. – И я велел тебе убираться с моей земли.

– Вы заявили, что мне нечего здесь отираться, потому что я не выясню ничего более того, что рассказали мне вы. Но вы солгали, Бэрон. – Тайлер кивнул в сторону библиотеки. – Хотите поговорить о том, что случилось тридцать пять лет назад здесь, в «Эспаде», с глазу на глаз или в присутствии вашей падчерицы и племянника?

Внезапно лицо старика побелело как мел.

– Джонас? – Кэтлин бросилась к нему. – Позвать кого-нибудь из ковбоев?

– Все нормально, Кэти. – Джонас выдавил из себя улыбку. – Мистер Кинкейд считает, что нам нужно кое-что обсудить. Что ж, сегодня воскресенье, и я не занят, так что могу уделить ему несколько минут.

Он уже взял себя в руки. Кэтлин следила за отчимом до тех пор, пока он не вышел за дверь. Тогда она отлепилась от Лейтона и подошла к Тайлеру.

– Не знаю, что вам от него нужно, но он старый человек. Каждый раз ваше присутствие огорчает его.

– Не стану спорить, – Тайлер невесело усмехнулся, – ибо это очевидно.

– Я хочу, чтобы вы убрались из этого дома.

– Это не касается тебя, Кейт.

– Вы ошибаетесь. Все, что касается Джонаса, касается и меня.

– Черт возьми, Кейт…

– Мое имя – Кэтлин. – Она резко отпрянула от его протянутой руки. – Почему бы вам не покинуть этот дом и «Эспаду» немедленно?

Тайлер перевел взгляд с Кэтлин на Лейтона.

– Как, ты сказал, твое имя, парень?

– Лейтон. – Его голос заметно дрожал. – Лейтон Бэрон.

– Отлично. Послушай, Лейтон Бэрон. Мисс Маккорд немного расстроена. Почему бы вам не съездить куда-нибудь, где хорошо кормят? Вы же собирались.

– Я… Нет. На самом деле…

– На самом деле ты сделаешь, как я говорю. – Тайлер самоуверенно улыбнулся и протянул руку к Кэтлин. Она не успела отступить, и рука Тайлера обвила ее шею. – Ты свозишь ее на ленч, а потом вернешь обратно. – Он посмотрел на Кэтлин, и она замерла в испуге от того пламени, которое увидела в его глазах. – А потом, – протянул он угрожающе, не отводя от нее взгляда, – ты даже имя ее забудешь, потому что Кэтлин Маккорд принадлежит мне.

– Нет, – выдохнула Кэтлин, но было уже поздно. Тайлер притянул ее к себе и впился в ее губы сокрушительным поцелуем.

Она сопротивлялась, била его кулаками в грудь… а потом застонала, раскрыла губы и ответила на поцелуй.

Целовать Кэтлин было ошибкой. Тайлер понял это сразу, как только она оказалась в его объятиях. Так дерзко и агрессивно мог вести себя мальчишка, каким он был когда-то, но мужчина, каким он стал, был совсем другим. Он носил сшитые на заказ костюмы и председательствовал на совете директоров. Он был хорошим любовником, умеющим доставлять партнерше удовольствие, не теряя контроля над собой. Даже в моменты наивысшего наслаждения он всегда оставался немножко отстраненным.