– Вы удовлетворены, миледи? – спросил Натаниел.

Она поднялась на ноги.

– Да, мистер Найтридж. Благодарю вас. – Она повернулась к Ярдли: – Спасибо, что уделили нам внимание. Я была рада встретить старого друга моего мужа, который был свидетелем его приключений и помог… вернее, попытался спасти даму, попавшую в беду.

Ярдли расплылся в улыбке. Окончательно успокоившись, он снова стал радушным хозяином и проводил гостей до кареты.

Когда они проехали несколько десятков метров, Шарлотта велела кучеру остановиться. Взглянув на своего спутника, спросила:

– Он лгал, верно?

Натаниел вздохнул. Иногда ему хотелось, чтобы она не была столь умной и проницательной.

– Нет, он не лгал.

– В таком случае он был слишком уж осторожен. Тебе так не показалось?

– Но, Лотта, пойми…

Она решительно покачала головой:

– Был ребенок, не так ли? И была женщина, которая называла себя миссис Марден и которая думала, что се сын законнорожденный. Мистер Ярдли не хотел говорить об этих вещах в моем присутствии. Он боялся проявить неделикатность, хотя это уже не имело ни малейшего значения. Эта женщина думала, что действительно вышла замуж, пусть даже это было не так.

– Она говорила на другом языке. Возможно, они просто плохо друг друга поняли.

– Но ведь Дженни сказала, что та женщина очень хорошо говорила по-английски. – Шарлотта достала книгу, которую читала в карете во время их долгих путешествий. – Я подожду здесь, а вы вернетесь к викарию и подробно расспросите его. Договорились?

Шарлотта раскрыла книгу и устроилась поудобнее. Натаниел же в раздражении проговорил:

– Дорогая, иногда мне ужасно хочется хорошенько отшлепать тебя.

Она даже не взглянула на него.

– Это возбудит тебя, Натаниел?

– О Господи, Лотта!..

Она бросила на него насмешливый взгляд:

– Да, конечно, тебе этого хочется вовсе не для возбуждения. Просто я тебя раздражаю. Интересно, почему? Потому что знала, что ты намеревался поговорить с ним с глазу на глаз в другой раз? Право, милый, тебе нет смысла совершать сюда еще одну поездку. Ты можешь поговорить с ним сейчас.

Господи, эта женщина сведет его с ума! Натаниел выскочил из кареты и быстро зашагал обратно.

– Он в саду, сэр, – сообщила домоправительница.

– Я пойду к нему. Я забыл отдать ему записку, которую просили передать.

Не дожидаясь ответа, Натаниел направился к садовой дорожке. Сейчас ему было не до любезности. Он намеревался поговорить с Ярдли и узнать правду, черт побери! И чем быстрее он покончит со всем этим, тем лучше.

Минуту спустя Натаниел увидел Ярдли, сидевшего на скамье, рядом с кустарниками. Глаза викария были закрыты, и казалось, что он спал. Однако Натаниел был уверен: Ярдли не спал, просто напряженно размышлял о чем-то. Возможно, пытался собраться с мыслями.

Викарий не услышал шагов, пока Натаниел не подошел к нему совсем близко. Когда же глаза Ярдли раскрылись, Натаниел увидел в них страх; было очевидно: хозяин сразу же понял, что ему не поверили.

Натаниел схватил Ярдли за плечи и заставил его подняться.

– Пойдемте со мной. Вот сюда. – Он направил викария в дальний уголок сада, к стене, увитой плющом. – А теперь вы расскажете мне все остальное, ясно?

Прижавшись спиной к стене, Ярдли пробормотал что-то бессвязное, вероятно, пытался выразить свое негодование. Натаниел пытался сохранять спокойствие.

– Мистер Ярдли, вы ведь не всегда так жили, верно? Я бы даже сказал, что вы человек весьма зажиточный. Но откуда у вас вся эта собственность? Вы ведь улучшили свое материальное положение примерно в то же самое время, когда та женщина приехала из Испании? И получили все это не от Филиппа, а от его брата, не так ли?

Ярдли поежился и в страхе осмотрелся, возможно, боялся, что кто-то может подслушать их с Натаниелом разговор.

– Что же вы молчите, мистер Ярдли? – Натаниел приблизился к викарию почти вплотную. – Изабелла Зафра считала, что она на самом деле замужем, верно? Скажите, почему она так считала?

– Потому что он был слишком уж порядочным, – прохрипел мистер Ярдли и шумно выдохнул, словно ему после этих слов вдруг стало легче. – Да, он был необыкновенно честным и порядочным человеком. В ночь после того католического венчания она пришла к нему. То была их первая брачная ночь, а на следующее утро он потребовал, чтобы я совершил другую церемонию, англиканскую. Этого требовало его чувство чести, поскольку он, то есть они…

– Вы уже тогда являлись духовным лицом?

Ярдли кивнул: