– Боже! Что с вами случилось?

В конце концов, подумалось мне, лучше сказать правду. Я так нуждалась в небольшом сочувствии!

– О, небольшая особая сценка. Я очень люблю делать из людей «рабов», но этой ночью «раб» стал «господином».

Сочувствие? Я его получила. И сполна: кинув взгляд на испанца, я заметила его прекрасную эрекцию.

– Прежде чем начать, может, возьмете в рот? – произнес он льстиво.

Вот те на! В пять утра попасть на сексуально озабоченного рентгенолога после всего, что мне пришлось пережить…

– Одного животного мне уже хватило ночью. Займитесь своим делом.

– Если вы возьмете в рот, вам не придется платить за рентген. А это сто – сто пятьдесят долларов.

– Не стоит настаивать, – ответила я. – Сделайте рентген и пришлите мне счет.

Он был разочарован, но духом не упал.

– Ладно, – сказал он, – но вы оставите мне свою карточку?

– Я очаровательная графиня, четыре раза была замужем и живу в роскоши благодаря деньгам, оставленным мне тремя моими покойными мужьями. Впрочем, все трое умерли при таинственных обстоятельствах, – поясняла я сидевшему у меня в салоне мужчине. – Мой четвертый муж в агонии и, возможно, не продержится и ночи…

– Да, да, продолжайте, – торопил он меня пронзительным голосом. – Что же случилось с ними?

– Мой первый муж, бедняжка, утонул на моих глазах. Если можно так выразиться… гм… я немного придержала его голову под водой… Второй, упокой Господи его душу, умер в ужасных муках, когда в его комнате разгорелся пожар. Я никак не могла открыть дверь, чтобы он смог оттуда выйти.

– А третий? – спросил с нетерпением гость.

– Он упал с вершины горы в Швейцарии. Я стояла сзади и все видела…

Мой слушатель в восторге. Его костлявая рука, дрожа, направляется к брючному карману, он начинает мастурбировать.

Христиан Андерсен, так он себя называет, выходец из одной из самых богатых семей Америки. Из всех «чудиков», которых я знала, он единственный, кто потратил целое состояние на удовлетворение своих маний.

«Чудики» – это «чокнутые», которые предпочитают подвергаться гораздо более тонким и изощренным унижениям, чем просто мазохисты. Ради этого они готовы заплатить любую сумму. Чем больше у них просят денег, тем они счастливее.

«Христиан Андерсен» не интересуется сексом, он знать не хочет, что имеет дело с кол-герл. Он предпочитает верить в то, что вы – богатая женщина, жестокая и ловкая. Иными словами, он приходит в дом терпимости, чтобы услышать фантастические истории. Человек, обладающий богатым воображением, – как в моем случае, – может сколотить себе неплохой капитал, рассказывая по эпизоду из сказки и растягивая свою повесть на длительный срок.

– А четвертый муж? – настаивает «Андерсен». – Почему он в таком ужасном состоянии?

– Бедняжка, – говорю я. – Доктор думает, что он съел отравленную икру. Он при смерти. Завтра я вам расскажу об этом подробнее.

Он счастлив заплатить мне небольшое состояние за этот получасовой рассказ и, назначив свидание на завтра, уходит.

Я всегда стараюсь найти сказки пооригинальнее, но если мне не хватает воображения, «Христиан Андерсен» соглашается в сотый раз выслушать свою любимую историю «Новое платье короля».

Я играю роль продавщицы у Диора, а «Андерсен» – госпожу Ришгарс, желающую обновить свой гардероб. В первый день мы выбираем ткань: бархат и атлас. Он платит мне сумму, во много раз превышающую таксу за обычный визит. Предполагается, что часть этих денег идет на оплату тканей.

Назавтра после обеда я отправляюсь за бархатом и атласом. Во время следующего визита он все время играет с кусочками ткани, а затем мы занимаемся выбором моделей.

– Не желаете ли отправить эти ткани в Париж, чтобы заказ был выполнен Карденом или Диором? Или лучше пригласить их сюда? – спрашиваю я. (Диор уже давно умер, но «Андерсен» об этом не знает).

– Пригласите Диора, – приказывает он.

– Такие люди просто так не переезжают с места на место. Диор потребует не менее семисот долларов за пересечение Атлантического океана.

– Это не имеет значения. Пусть приезжает, – повторяет он, доставая бумажник.

Когда на следующий день он приходит на встречу с Диором, я сообщаю ему печальную весть: самолет с великим мастером вынужден был приземлиться в Анкоридже.

– Он блокирован снежной бурей, и потому расходы увеличиваются.

Естественно, «Христиан Андерсен» покрывает все издержки.

В ожидании знаменитого Диора я предлагаю ему сделать уколы силикона, чтобы одежда лучше на нем лежала.

– Прекрасная идея! – восклицает «Андерсен». И платит за укол, хотя и ему понятно, что не за настоящий.