– У вас будет священник, – сказал он отрывисто. – Но если бы все зависело только от меня, я казнил бы вас сейчас же. Знайте, что как только закончится исповедь, приговор приведут в исполнение незамедлительно.

Один из рыцарей шагнул вперед. Барис, кивнув головой в сторону графа, сказал:

– Проследите, чтобы его хорошенько заперли.

Шана не видела, как увели Торна. Она прошла к скамье, стоявшей рядом со стеной, мгновенно почувствовав головокружение и дрожь во всем теле. Когда девушка набралась мужества и подняла голову, то заметила, что Барис смотрит на нее так, как никогда раньше не смотрел. На его лице было загадочное выражение. Шана перевела дыхание. До ее сознания дошло, что и она смотрела на Бариса, как на незнакомца.

Он наклонил к ней голову и заговорил низким голосом.

– Ты считаешь меня жестоким, да?

– Жестоким? – повторила Шана. К его удивлению, грустная и какая-то мудрая улыбка промелькнула у нее на губах. – Ты требовательный, да. Я никогда еще не видела тебя таким могущественным. Но жестоким? Нет. Я думаю, что ты сделал то, что должен был сделать, – улыбка исчезла с ее лица, – как и все мы.

Барис посмотрел на девушка, и у него возникло единственное желание – согнать мрачное выражение с ее лица. Но в этот момент со двора донесся стук лошадиных копыт. Шана не успела вскочить на ноги, как в дверь вбежал мальчик. Он быстро подошел, к Барису.

– Милорд, приехал один из ваших людей. У него есть для вас сведения. Очень важные!

Принцесса напряженно посмотрела на Бариса.

– Я пойду с тобой… – заговорила она.

Положив руку на плечо, рыцарь усадил девушку на место.

– В этом нет необходимости. Оставайся здесь, любимая. Обещаю, я не задержусь надолго, – это было сказано тоном, не терпящим возражений.

Второй раз за короткий промежуток времени Шана подумала, что человека, которого, казалось, так хорошо изучила, она вовсе и не знала. В ожидании девушка начала ходить по залу взад и вперед.

Как и обещал, Барис быстро вернулся. Когда он направился к Шане, она затаила дыхание и сразу поняла, что у него появились срочные дела. Этого Шана никогда не любила и не смогла бы понять.

– Я должен срочно уехать, дорогая.

– Чтобы вернуться во Фрид?

Мысленно Барис бранил себя. Так много произошло за последние дни: нападение на Мервин, сосредоточение английских войск в замке Лэнгли. Он презирал себя за то, что оставляет Шану наедине со своим горем, но в душе знал, что девушка справится с этим. Она была сильной и по-мужски выносливой.

– Я не еду во Фрид.

Она протестующе воскликнула:

– Барис, ты и так отсутствовал уже две недели! Ведь ты только что вернулся!

– Знаю, любимая. Но, как ты совсем недавно сказала, мы должны делать то, что необходимо.

Его слова прозвучали решительно и одновременно с сожалением. Шана, почти уверенная в том, что что-то случилось, со страхом пыталась посмотреть в лицо Бариса. Казалось, он колебался.

– За несколько месяцев окрестности захлестнуло недовольство, Шана. Наши люди устали ходить по пятам за англичанами.

– Я… я знаю. Неделю тому назад к моему отцу прибыл посыльный от Левеллинов. Они просили помощи и поддержки, чтобы выступить против короны. Отец отправил дядиного человека назад с сумками, полными денег, и призывал к восстанию. – Внезапно ее осенило. Милостивый Боже! Никто не относился с такой ненавистью к постоянным вмешательствам англичан в дела Уэльса, как Барис. Он непременно ответил бы согласием на призыв воина к оружию. Внезапно ей стало страшно за него.

Шана прерывисто вздохнула.

– Скажи мне, Барис, Левеллин тоже просил тебя об этом? Сведения, которые ты получил, имеют отношение к моему делу, в Англии?

Барис положил руки ей на плечи.

– Да, – подтвердил он. – Наши люди ненавидят Англию за то, что она хочет поработить Уэльс. Многие мелкие землевладельцы остались без гроша только потому, что Эдуард набивает свои собственные мешки деньгами.

Шана застыла от отчаяния.

– Какие подвиги ты совершаешь? Хочешь добиться славы и победы в войне с Англией?

– Я не ищу славы, но хочу добиться независимости для своего народа, Шана. Ты больше других знаешь, как я этого хочу! Поэтому мы собираемся присоединиться к Левеллину и оказать ему всяческую поддержку.

– А что, если он собирает армию? Ты тоже пойдешь?

– Я сделаю все, что будет в моих силах, – просто ответил он.

У девушки перехватило дыхание.

– Барис, я боюсь за тебя, за нас обоих! – Шана была в отчаянии. – Я уже потеряла отца! Я не переживу, если потеряю и тебя тоже!