Сибирцев смог выяснить только то, что передатчик начал регулярно сбиваться с настройки примерно три года назад. До этого времени все было тихо мирно, во всяком случае, в рамках приличия.

Всеслав озадаченно почесал затылок: интересная попалась задачка. Во всяком случае, начало положено. Половина проблемы уже решена. Найден передатчик шпиона, круг поиска сузился до одного корабля, а дальше дело техники.

Отдых окончен. Пора продолжать. Всеслав включил канал связи с флагманом. Он имел полный приоритет доступа к передатчику, и мог передавать и принимать спей-граммы минуя рубку корабля. Кромлев находился в рубке и сразу ответил на вызов.

— Приветствую, Ратибор, все на посту?!

— Здорово, ты уже отдыхаешь? — лицо адмирала расплылось в улыбке.

— Надо немного расслабиться. Здесь так спокойно, так тихо! Не то, что у тебя на флагмане. Надо бы задержаться подольше, — последовал незамедлительный ответ.

— Это хорошо, — Крамолин моментально среагировал на кодовую фразу, — отдохни, выспись. Если соскучишься, звони. У нас для тебя работа найдется.

— Спасибо, мне пока и здесь хорошо. Да, как там ребята? — Всеслав перешел на серьезный тон, — не скучают без меня?

— Нет, загружены по уши. Дел невпроворот. Но справляются.

— Это хорошо, пусть поработают, им полезно. А сам то как?

— Как обычно. Нормальная рабочая рутина. Но лучше чем перед рейдом. Проблем меньше.

— Ну ладно, будь здоров.

— Удачи, Всеслав. Будут проблемы, — звони.

Сибирцев выключил связь и легонько усмехнулся. Агенты на клиперах ни чего не обнаружили. Ратибор докладывает, что у него все нормально и предлагает помощь в случае проблем. Но это пока не ко времени. Достаточно только сообщить на флагман: «Срочно доложите по вопросу снабжения», — и в считанные минуты на «Муромце» соберутся все сотрудники СГБ и рота десантников в придачу. Но это на случай чрезвычайной ситуации.

Надо что-то делать. Всеслав нехотя извлек карманный комп и подключил его к разъему бортового комп-модуля. Потом, ругая про себя слишком умного шпиона, начал скачивать в корабельный мозг свои «исследовательские» программы. Придется вспомнить молодость и самому найти «крысу». Вызов на крейсер еще пары человек из команды Сибирцева будет слишком подозрительным. Не только шпион, но и весь экипаж заподозрят неладное. Надо будет приглашать помощников, только когда все будет ясно, и найти для этого правдоподобный повод.

— Заходи, присаживайся, — Владимир Рюрикович оторвался от заваленного бумагами и информ-кристаллами стола и приветливо кивнул посетителю, — Как дела?

— Дела, как сажа бела, — отшутился визитер высокий, жилистый, бритый налысо, мужчина, занимая кресло напротив Крамолина.

— Плохо. А что так?

— Биржевые котировки снижаются, — человек наклонился вперед и бросил на Крамолина пристальный взгляд из-под лобья, — сегодня акции «ТрансГалактики» упали на восемь пунктов.

— А остальные? Вчера рынок вроде стабилизировался, — директор СГБ прекрасно понимал, что ситуация тревожная. Последние две недели акции руссколанских компаний падали. Особенно плохо дело обстояло с активами перевозчиков и экспортеров бытовых товаров.

— Ерунда, это временное фиксирование курсов акций промышленных компаний, «ГолуньВоенМаш» даже поднялся на три пункта, но наши грузоперевозчики котируются все хуже и хуже, — констатировал посетитель.

— Что же, мало приятного. Будем надеяться на лучшее, — успокоил Крамолин, — я вчера прикупил акций «ТрансГалактики» на 170 тысяч.

— У тебя есть прогнозы? — встрепенулся посетитель.

— Естественно, Горыня Турович, поднимутся. Куда им деваться? Верно, говорю?

— Какого черта вы ввязались в эту войну! Все из-за проклятых догонов! — Горыня Анютин раздраженно хлопнул ладонью по столу, — меня жена уже третий день пилит: «Продавай, продавай. Без штанов останемся».

— А ты, послушался? — не скрывая иронии, поинтересовался Владимир Рюрикович.

— Ясный день, послушался. Я еще не совсем сумасшедший, — невесело усмехнулся Анютин, — купил акции «Русского космоса».

— А жена?

— Еще не знает, — Горыня постучал по столу, — узнает, убьет.

— Ладно, это все жутко благородно, но прибыль принесет не раньше, чем через месяц, — лицо Крамолина приняло серьезное выражение, — приступим к делу. Когда выйдешь в рейс?

— Через день. Да, погрузка почти закончена, послезавтра после обеда снимаемся с орбиты.

— Так, еще 17 дней дорога туда, 2–3 дня погрузка-разгрузка, и еще 6 суток до границы. Всего 27 суток с запасом. Устраивает, должны успеть.

— А к чему такая спешка?