Авиаполк уже четверть часа барражировал в заданном районе. Самолеты медленно описывали круг за кругом на высоте 7 000 метров, ожидая команду из штаба. Виктор привычно пробежал взглядом по приборному экрану: все в норме. Все системы самолета работают нормально, сбоев не обнаружено. Топлива почти полный бак, перед взлетом истребители дозаправили на наземном аэродроме. Боекомплект 150 процентов в перегруз. Это тоже хорошо. Основную боевую нагрузку сегодня составляют корректируемые бомбы и неуправляемые ракеты, кроме них только две ракеты «воздух, — воздух» в подкрыьевых обтекателях.

«Наконец то в небе!», — от этой мысли на душе стало светло и приятно. В кабине летящего под облаками истребителя хорошо и комфортно. Здесь Виктор чувствовал себя в своей среде, здесь он был самим собой, — пилотом могучего, скоростного, маневренного боевого самолета, человеком-молнией, человеком-громовержцем. А самое главное, — здесь было спокойно. Все зависело только от Виктора, да еще от его товарищей державших строй в таких же сверхсовременных вооруженных до зубов истребителях «Сокол-25».

На командной линии связи было свободно. Только стандартные, рутинные рапорты, отправляемые командирами эскадрилий, каждые пять минут: «Все в порядке. Все самолеты в боеготовности. Ждем команды». Значит, и в штабах все успокоилось, легло в нормальное русло планомерного, чуточку бюрократизированного проведения стандартной боевой операции. Последние полтора часа 134-й авиаполк футболили как мяч. Сначала из штаба группы «Самум» пришел категоричный приказ срочно перебросить все самолеты с авианосца на наземный аэродром. Была высокая вероятность линейного сражения в звездной системе и последующего вражеского десанта на планету. Естественно в такой ситуации авианосец набитый бесполезными в космическом бою атмосферными самолетами рассматривался адмиралами только как обуза, абсолютно бесполезное и очень дорогое судно.

Невозможно представить и повторить все высокохудожественные и многоэтажные выражения, произнесенные по этому поводу в рубке, на боевых постах, кубриках и полетных палубах «Чкалова». Наверное, только высокий профессионализм, дисциплина и слаженность экипажа позволили в течение получаса подготовить к вылету и выпустить все самолеты. Причем ангарные команды успели вооружить и полностью заправить машины. В нормальных условиях на это требовалось больше часа, но люди справилась.

Не обошлось без накладок, машины покинули корабль не имея конечной точки полета. Координаты аэродромов летчики получили уже на входе в атмосферу, а после приземления на слегка выровненные бульдозерами площадки с наспех настроенными радиомаяками, гордо именуемые аэродромами, выяснилось, что 134-й и 217-й истребительные полки оснащены в ударном варианте. Произошел короткий, но бурный информационный обмен между штабом воздушной дивизии и рубкой управления полетами авианосца. На «Чкалове» аргументировали эту прискорбную нестыковку неточностью приказа и технической невозможностью в столь короткий срок вооружить все четыре истребительных полка по варианту перехватчика. Выслушав аргументы авианосца, горячие головы в штабе решили перевооружить самолеты уже на аэродромах, но быстро поняли, что в полевых условиях без специальной техники это потребует не меньше полутора часа. А время поджимало.

Через десять минут ожидания на земле в кабинах полк опять подняли в небо. Видимо ситуация в космосе изменилась, угроза вражеского десанта миновала, и наземные войска Руссколани вернулись к своим планам. Полк получил приказ выйти в район ожидания в пятистах километрах от вражеского укрепрайона на полуострове Навей и ждать сигнала атаки. Это была настоящая работа. За последние две недели догонские «скаты» больше не встречались в небе над Рионой, и авиация русичей действовала только в интересах наземных войск. Патрулирование, разведка, штурмовка и бомбежка вражеских позиций, уничтожение отдельных маневренных групп противника обычная рутинная работа фронтовой авиации.

Виктор еще раз пробежал взглядом по экрану, выискивая отметки самолетов своих боевых товарищей. Здесь были все, весь действующий состав 134-го истребительного полка, именуемого за глаза «Зоопарком». А месяц назад, во время первого боя над Рионой их было больше. Сам Виктор только полторы недели назад вернулся в строй, его ранило в тот самый, самый горячий первый день сражения. Ему повезло, смог даже дотянуть покалеченную машину до авианосца, а Кролику, Антибиотику, Дебилу, Психу и другим парням нет. Не все вернулись в строй, многие отправились домой в морозилке. Больше всего приключений выдалось на долю Борова. Сбитый прямо над вражеской наземной базой летчик целые сутки бродил по пустыне, пока не встретил догонский патруль. Уставший и замерзший летчик, терморегулятор гермокостюма начал барахлить, сдался в плен. А через четыре дня его освободили наши бронепехотинцы. После медицинского обследования Боров вернулся в родной полк, где его уже ждали горячая встреча, обрадованные его спасением товарищи и новый самолет.

— Ребята, действуем, — прозвучал в шлемофоне голос командира полка.

— Снижение до тысячи метров. Курс на западный берег полуострова. Включить все системы самообороны, — это уже Дикобраз конкретизирует задание для эскадрильи. По приборному экрану побежали строчки боевой задачи и затем на тактическом дисплее загорелись отметки целей и яркие красные значки наших наступающих частей. Все! Начинаем потеху! Виктор толкнул штурвал от себя, выравнивая самолет на новом курсе. Машина, чутко реагируя на команды летчика, послушно увеличила скорость. Вскоре впереди показался возвышенный берег. Самолеты шли с включенными системами автоматического оповещения об обстреле и самообороны. Хотя они пока находились над территорией контролируемой нашими войсками, чем черт не шутит! Можно попасть на прицел дальнего зенитного комплекса.

Вот и цель! Разведкой засечена бронетанковая часть догонов. Требуется нанести ракетно-бомбовый удар по позициям противника. Местность пересеченная, но рельеф пригоден для передвижения тяжелой гусеничной техники. Позиция противника хорошо оборудована. Танки и самоходки стоят в окопах, или скрыты в естественных ложбинах. Присутствует пехота. Противник хорошо приготовился к обороне, но при этом позиция и состав сил позволяют совершить стремительный удар во фланг вырвавшимся вперед ударным группам русичей.