– Как она сегодня? – совершенно безразличным тоном спросил он.

Мелани рассказала ему о Бутче, о том, что его привезут сегодня, и о том, что тетя Адди боится, как бы Тодд не восстал из гроба, чтобы расправиться с собачкой.

– Я отвезу тебя в город, когда скажешь, Мелани, – только и сказал Марк.

Мелани решила, что постарается до обеда как следует убрать первый этаж. В кладовке нашелся старый пылесос. Мелани больше часа орудовала им в гостиной, после чего пыли заметно поубавилось. Затем она отполировала мебель воском и вымыла окна с внутренней стороны.

– Отличная работа!

Мелани обернулась и увидела Кэйла, который широко улыбался.

– Ты сегодня поработала за десятерых!

Мелани подняла взгляд на дедушкины часы, стоявшие в углу, и вскрикнула от удивления – было уже почти двенадцать часов. Она так увлеклась уборкой, что потеряла счет времени. Девушка поспешила в кухню, чтобы приготовить тетушке обед. Кэйл поехал следом. Мелани открыла банку с консервированным супом и, пока он подогревался, начала делать сандвичи.

– Вчера у тебя было боевое крещение в этом заколдованном доме, верно? – наконец проговорил Кэйл.

Мелани кивнула:

– Я правда испугалась, простить себе не могу, что вела себя как ребенок. Я не верю в привидения. Просто у Адди был ночной кошмар.

– Конечно, – согласился Кэйл. – В доме престарелых ей было бы лучше.

Мелани смотрела на него, широко раскрыв глаза. Кэйл сильно удивил ее. Неужели они все против тети?

– Ей нужны покой и тишина, только и всего, – холодно заявила она.

– Которых здесь ей не видать.

Мелани ничего не ответила, она сервировала поднос для тети. С этим подносом девушка пошла наверх. Когда она вернулась, Кэйла уже не было, но Мелани заметила, что он приготовил себе сандвичи и, видимо, взял их с собой. «Странный он, – думала она, – все время сидит один в своей комнате. Может, ищет одиночества из-за того, что искалечен».

В кухню с улыбкой вошел Марк.

– Я отвезу тебя в город, когда только пожелаешь, сестренка, – объявил он. Марк казался необычайно веселым и довольным, от его вчерашней мрачности не осталось и следа.

Мелани быстро пошла посмотреть, как тетя.

Позже они поехали в город за ее любимым песиком.

Когда Мелани пощекотала Бутча, просунув палец между прутьями клетки, в которой его перевозили, он весь затрясся от радости. Марк взял клетку и поставил ее на заднее сиденье.

– Может, с ним в нашем старом морге станет веселее, – заметил он.

Мелани кивнула, ей не терпелось приехать в дом и выпустить Бутча, чтобы он мог побегать и покувыркаться. Бедный провел в клетке почти два дня.

Как только Марк подвел машину к подъезду, Мелани выпрыгнула и открыла клетку Бутча. Пес весело запрыгал и забегал кругами, наслаждаясь свободой.

Марк исчез в доме, и Мелани пошла по лужайке, с улыбкой глядя на Бутча. Стоял прекрасный день, девушка смотрела на голубое небо и на магнолии, которые раскачивались на прохладном ветру.

Теперь, когда Бутч рядом, Мелани не боялась призраков. Вообще-то она их никогда по-настоящему не боялась… Но все-таки Бутч – прекрасный сторожевой пес, и старый дом теперь не будет нагонять на нее страха.

Мелани бросила взгляд на окна второго этажа – точнее, на окно по соседству с комнатой, которая некогда была игровой. Вдруг она заметила что-то странное. Занавески там чуть шевельнулись. Но почему же страх словно иголками уколол ее? Может, это Кэйл – нет, его окна выходили на задний двор. И тут Мелани осенило… Занавески шевелились в комнате дяди Бартли – комнате, которая уже пятнадцать лет стояла опечатанной!

Мелани покачала головой, стараясь успокоиться. Глупости – это просто солнце играет на стеклах. Дверь туда опечатана. Никого там быть не может! Тетя Адди не позволила бы!

Примчался Бутч и прыгнул на хозяйку, которая никак не ожидала этого. Казалось, пес смеется. Он снова отскочил и побежал, виляя своим маленьким хвостом-закорючкой.

– Вот кому энергии не занимать.

Мелани обернулась и увидела Кэйла, который ехал в своем кресле по лужайке. Значит, он может передвигаться вполне свободно. Кажется, нет такого места, где бы он не смог проехать.

– Посмотрела бы я, что было бы с тобой, просиди ты два дня в клетке, – рассмеялась она.