— Если настаиваешь.

— Ну а теперь объясни, кто дал его тебе много лет назад? Ты не настолько стара, чтобы знать мою бабушку.

— Нет, но моя была с ней знакома. Едва я вновь нашла дневник, ко мне вернулись слова, сказанные ею, когда она велела его хранить. Видишь ли, моя бабка была горничной Анастасии Мэлори. Вот и весь секрет.

— Интересно, почему я об этом не знал? И почему ты не удосужилась упомянуть о такой важной детали? — шутливо рассердился Джейсон.

Молли смущенно вспыхнула.

— Клянусь, я не придала этому значения еще и потому, что почти не помню бабку. Она умерла вскоре после того, как отдала мне дневник. А мать никогда не служила в Хаверстоне и редко встречалась с Мэлори, так что я не появлялась в доме, а детская память коротка. Только спустя десять лет я пришла сюда, но никак не связала сказанное бабушкой с вашей семьей.

— Значит, это Анастасия Мэлори передала сверток твоей бабушке?

— Нет, Анастасия отдала его ей с тем, чтобы она, в свою очередь, передала мне. Позволь повторить то, что бабушка сказала мне при этом, может, хоть ты поймешь. Я никак не могу в этом разобраться, ни тогда, ни сейчас, но постараюсь передать смысл как можно точнее. Как я уже сказала, моя бабка была всего-навсего горничной леди Мэлори, но та в один прекрасный день пригласила ее, попросила сесть и выпить с ней чаю, словно лучшую подругу, равную ей по положению. Бабушка объяснила, что леди иногда высказывала очень странные пророчества, совсем как в тот день.

— Знаете, когда-нибудь мы станем родственниками, — предрекла она, — правда, очень не скоро и не увидим, как это произойдет. Но произойдет обязательно, и вы поможете воплотить будущее в действительность, если вручите это своей внучке.

— То есть дневник? Молли кивнула.

— Леди Мэлори наказывала что-то еще, давала какие-то наставления, но бабушка многое не понимала и честно признавалась, будто посчитала, что леди попросту рехнулась. И потом в то время у нее еще не было внучки. Одно, правда, она затвердила крепко: от нее требовалось отдать внучке, когда та родится, сверток с просьбой подарить его семейству Мэлори на Рождество не раньше первой четверти нового века. Не кому-то одному, а всем сразу. Кроме того, леди Мэлори просила обернуть его яркой бумагой и перевязать лентой. Вот и все. Нет, погоди, еще одно. Насчет времени вручения подарка. Она заявила, будто предчувствует, что дневник появится именно тогда, когда послужит наибольшему благу семьи.

Джейсон улыбнулся и поблагодарил про себя бабушку. А вслух обронил только:

— Поразительно.

— Значит, ты все-таки понял?

— Да, и тебе тоже все станет ясно, как только прочитаешь до конца. Но почему ты не оставила хотя бы записку, чтобы мы не терялись в догадках, откуда Подарок и от кого? Молодежь так сгорала от любопытства, так стремилась раскрыть тайну, что кое-кто не выдержал и помчался открывать сверток задолго до праздника.

— Во-первых, Подарок для всех, как я уже сказала, — со смешком объявила Молли, — а во-вторых, если бы оказалось, что внутри какой-то пустяк, винили бы не меня, и я осталась бы в стороне.

— Но, как выяснилось, родная, это далеко не пустяк, а драгоценное наследие для семейства Мэлори. И я, во всяком случае, просто дождаться не могу, пока услышу, что ты скажешь после того, как прочтешь его. Вот тогда и потолкуем.

Молли метнула на Джейсона подозрительный взгляд.

— Вот теперь ты действительно начинаешь беспокоить меня, Джейсон Мэлори, — проворчала она.

— Не стоит расстраиваться, любимая, — ухмыльнулся Джейсон. — Обещаю, что все будет хорошо.

— Хорошо? Да, но для кого?

Настало утро Рождества — солнечное и морозное. А в гостиной, где собрались почти все члены семьи, было уютно и тепло: огонь в камине жадно пожирал дрова. Джереми зажег елочные свечи, хотя в комнате было достаточно света, дети любили смотреть, как крошечные звездочки весело подмигивают с зеленых ветвей, и, кроме того, в воздухе разливалось приятное благоухание воска и хвои.

Последними явились Джейми и Джорджина со своими детишками. Джек немедленно ринулась к безмерно обожаемому старшему брату и получила обычную порцию щекотки и поцелуев. Довольная, девочка, как и можно было предвидеть, тут же направилась к Джуди, не обращая ни на кого внимания, и стала с ней перешептываться. Позже, наговорившись вдоволь и поведав друг другу все секреты, девочки, конечно, соизволят приветствовать остальных гостей.

Энтони, от которого ничто не ускользало, не преминул заметить припозднившемуся брату:

— Видно, теперь, когда ты сумел все-таки отыскать свою постель, никак не можешь из нее вылезти, не так ли братец?

Джейми, обретший наконец желанный рай, был вовсе не в том настроении, чтобы препираться с братом. Видя, что первый укол ему сошел с рук, Энтони совсем распоясался:

— Что молчишь? Потерял всякое желание награждать меня фонарями?

— Заткнись, мальчишка, — довольно мирно ответил брат.

Но Энтони не унимался. Подобными увещаниями его не остановишь! Не на того напали!

— Похоже, Джордж все-таки смилостивилась и решила тебя простить?

— Джордж ожидает дитя… или детей, уж как выйдет, — преспокойно сообщил Джейми.

— Вот это я называю лучшим рождественским подарком! Ну и повезло! Поздравляю, старина! Ты уже успел прийти в себя или все еще не опомнился?

На этот раз, как ни странно, Джейми даже не успел открыть рот. Жена Энтони Рослин вступилась за деверя, мигом положив конец насмешкам.