Повинуясь порыву, Квин крепко прижала к себе крошечное тельце. Она ласково погладила его по спинке и костлявым плечикам. Когда-нибудь они наверняка станут широкими и сильными, а сейчас еще слишком малы, чтобы все это выдержать.

— Так и будет, Джей-Джей, — ответила она, — и Уилл тоже пойдет с нами.

Протянув руку, она откинула со лба мальчика прядь черных волос. На его лбу выступила холодная испарина — Уилл, по всей видимости, был в панике и потому молчал.

Шериф Миллер вздохнул.

— Мне придется справиться о вас по телефону, — сказал он.

Квин кивнула:

— Позвоните в Кредл-Крик, штат Теннесси. Поговорите с кем угодно. Вам любой скажет, что мы жили бедно, но дочери Джонни Хьюстона всегда были честными и порядочными девушками. Там вам подтвердят, что наш отец умер. Другого выхода я не вижу.

— У вас есть водительские права? — спросил шериф Миллер.

Квин протянула ему права, радуясь в душе, что научилась водить машину, несмотря на то что отец давным-давно проиграл их автомобиль в карты. О том, чтобы купить другой, и речи быть не могло.

Целых пять минут «тетя» и мальчики Боннер топтались на улице под пристальным взглядом Эдит Суттер. Взгляд работницы социальной защиты не смягчился даже тогда, когда шериф, вернувшись из здания автобусной станции, приподнял шляпу и отдал Квин права.

— Теперь мне все ясно, — кивнул он. Думаю, — лучше оставить все как есть.

— А как же наш отец? — спросил Донни. В голосе мальчика прозвучала неподдельная тревога. Возможно, отец семейства отсутствует по уважительной причине, но Квин лучше выяснить это самой. А пока не стоит делать поспешных выводов.

— Я думаю, нам надо подать заявление об исчезновении вашего отца, — сказала Квин. — Сейчас, мальчики, мы пойдем в офис шерифа Миллера, и вы поможете мне изложить ему все факты. Я мало что о нем знаю, так как мы годами не перезванивались. Мне кажется, за это время его роскошная шевелюра изрядно поредела. Готова спорить, что он здорово растолстел. Наверное, весь седой, поскольку всегда слишком любил сладкое.

Уилл отрицательно покачал головой:

— Папа совсем не толстый, и у него все еще черные волосы.

Квин улыбнулась. Сами того не понимая, дети давали ей столь необходимую в данной ситуации информацию об отце. Мальчики были удивительно похожи друг на друга: крепкие тела, курносые носы и упрямые подбородки. Она подумала, что ей еще никогда не приходилось видеть таких черных волос в сочетании с такими голубыми глазами, как у мальчиков Боннер. Все это они явно унаследовали от своего пропавшего папаши. И все-таки лучше бы перед ней был не его мысленный образ, а он сам во плоти. Она только что вступила в новую жизнь, и опекать брошенных детей не входило в ее планы.

Часом позже, взявшись за руки, все четверо вышли из офиса шерифа. Донни заметно нервничал. Ему наконец удалось убедить власти начать поиски Боннера-старшего, но в то же время он нарушил запрет отца: доверился незнакомому человеку.

Квин тем временем оглядывалась по сторонам, изучая маленький, расположенный в предгорье городок. Поймав устремленные на нее взгляды мальчиков, она спросила:

— Когда вы ели в последний раз?

Донни вздохнул: она хотя бы беспокоится о них.

— Сегодня утром, — ответил он.

— Но только кашу без молока, — добавил Уилл. — Мы уже проголодались.

— Папа должен был купить продукты, — поспешно вмешался Донни, обеспокоенный тем, что Квин осудит их отца: тот, мол, плохо о них заботится.

Квин в своей жизни столько раз слышала подобные слова, произнесенные виноватым тоном, что сейчас они не затронули ее сердца.

— Понятно, — кивнула она, отлично понимая, что за отца Донни будет стоять на смерть. Сунув руку в карман, Квин постаралась отогнать от себя мысль, что ей придется тратиться на чужих детей. — Где вы живете?

Все трое одновременно указали на горы.

— Наверху?!

Они закивали.

— Далеко?

Они снова закивали.

— Тогда как же вам удалось спуститься вниз?

Донни улыбнулся, и, несмотря на данное себе обещание не принимать все близко к сердцу, Квин смягчилась.

— Донни привез нас сюда на папином пикапе, — ответил Уилл, указывая на красного цвета автомобиль по другую сторону улицы.

— И ты сам его вел?! — изумленно воскликнула Квин. Донни кивнул:

— Я вожу машину уже много лет.