Аллен тепло пожал руку Боннера, стараясь сгладить агрессивность жены и грубость их неожиданного вторжения.

Уилл и Джей-Джей с улыбочками до ушей выбежали в переднюю. Поскользнувшись на натертом полу, они чуть не упали, резко затормозив при виде бабушки, — высокие каблуки, меховое манто, покрытые лаком волосы и прочее в том же духе. Лица братишек вытянулись и, чтобы не дать сыновьям опомниться и предотвратить глупые вопросы, Коди решил вмешаться:

— Мальчики, поздоровайтесь с дедушкой и бабушкой. Они приехали издалека, чтобы преподнести нам сюрприз.

Ленора подставила каждому из них щеку, вытерла сахарное пятно с рубашки Уилла и точно такое же с лица Джей-Джея.

— Чем вы тут занимаетесь? — удивилась она. — Коди, почему они такие грязные?

— Мы с Квин пекли печенье, — дружно ответили мальчики, сразу вспомнив, как им было весело несколько минут назад. — Идемте с нами! Вы все увидите сами! Там есть звезды, рождественские елки и еще всякое…

— С удовольствием, — откликнулся Аллен. — Вот только положу вещи…

— Я сам отнесу их в гостиную, дед, — предложил Донни, — а ты присоединяйся к ребятам. Только не ешьте все зеленое печенье: оно мое любимое.

Аллен весело рассмеялся, когда мальчики, взяв его за руки, потащили на кухню.

— Ленора, а ты с нами не идешь? Мне кажется, там сейчас очень уютно и к тому же такой запах, что просто пальчики оближешь!

— Мне надо поговорить с Коди, — ответила жена. — Я приду чуть позже.

Аллен нахмурился, сомневаясь, оставлять ли ему жену наедине с зятем. Они спорили целых три дня, пока она не дала обещания не предпринимать ничего такого, что дискредитировало бы Квин. Ведь не может же она нарушить слово. Мальчики стали подгонять его, и Аллен выбросил из головы дурные мысли.

— Ведите меня, — сказал он. — Я уже проголодался. Внуки, весело смеясь, потащили его на кухню.

— Как здесь чудесно пахнет! — произнес Аллен, вырвавшись из их рук.

Квин повернулась и с удивлением посмотрела на Уиттьерса, но широкая улыбка на лице Аллена успокоила ее, и она приветливо кивнула:

— Аллен… Простите… мистер Уиттьерс, рада видеть вас снова.

— Пожалуйста, зовите меня Алленом, — попросил он. — А сейчас, когда мы покончили с формальностью, скажите, сколько печенья мне можно съесть?

Квин рассмеялась и придвинула к нему тарелку.

— Вы были настолько любезны, что можете есть без ограничений.

Склонившись к тарелке, он взял печенье, оценив работу, похвалил мальчиков и отправил печенье в рот.

— Гм-м… На вкус оно даже лучше, чем на вид!

Тем временем Ленора затащила Коди в холл. Невзирая на обещание, данное Аллену, она не отказалась от задуманного.

— Коди… если ты не возражаешь, давай поговорим.

Начало не предвещало ничего хорошего, и Коди нахмурился.

Посторонившись, он пригласил Ленору в гостиную и жестом предложил ей сесть, но она в ответ только головой покачала:

— Нет. Лучше уж я сообщу тебе обо всем стоя. К сожалению, я приехала к тебе с плохими новостями.

Сунув руки в карманы, Боннер молча смотрел на свекровь.

— Мне стало известно, что женщина, которую ты нанял ухаживать за моими внуками, вышла из низших социальных кругов.

Коди тяжело вздохнул. Ему совсем не нравилось, что Ленора называет его любимую безликим словом «женщина».

О, как Квин была права, предположив, что за спиной Уолли Морроу стоит Ленора. Иначе как еще она смогла бы раздобыть информацию о Квин?

— Неужели ты не понимаешь, Ленора, что это не твое дело. Я знаю о Квин буквально все, как знаю и то, что люблю ее и собираюсь на ней жениться.

— Нет! Ты не сделаешь этого!

Крик Леноры разнесся по всему дому. Аллен вскочил, бросил надкушенное печенье и ринулся в гостиную. Черт бы ее побрал! Она же обещала!

Квин понимала, что приезд Уиттьерсов не предвещает ничего хорошего. Неужели ее предчувствия оправдались?

— Мальчики, — сказала она, — возьмите тарелку с печеньем и угостите бабушку с дедушкой.

Мальчики кивнули, но по их хмурым личикам она читала, что им совершенно не хочется этого делать. Сама она с удовольствием бы пошла в гостиную и вложила разум в голову этой ведьмы. Какое ей до них дело? Почему нельзя просто любить внуков и не вмешиваться в жизнь Коди?

Коди был того же мнения.

— Меня не волнует, нравится вам это или нет, — хмыкнул он. — Я уже давно обхожусь без ваших советов. Что бы я ни сделал, вам это всегда не нравится. Вы приносите в мой дом беду.