Ханс Шнютце напивался вдрызг в самых похабных заведениях. Знал бы герр Баухович, где проводит поздние вечера Ханс Шнютце... Ему не помогали проститутки. Однажды он пригласил трех дамочек к себе домой и несколько часов до изнеможения валял дамочек по очереди и вместе. Далеко за полночь он умаялся и незаметно заснул. Ему приснился поезд, и он завыл. Разомлевшие полупьяные девицы вылетели голыми из квартиры Ханса Шнютце: они подумали, что клиент сумасшедший тип, если не сексуальный маньяк... Утром Шнютце недоуменно подбирал женские трусики по всей квартире. Он силился вспомнить, что было вчера, но ему это не удавалось. В конце концов он решил, что это к лучшему. Об этом многозначительно говорили женские трусики. Трусики он выкинул в мусоропровод. Сама акция получилась неудачной: из соседней квартиры вылезла престарелая фройлян Матильда, чтобы прочитать ему очередную нотацию на тему "не мешайте спать другим". Увидев женские трусики в руках у Ханса Шнютце, фройлян Матильда выразительно взвизгнула и покинула лестничную площадку со скоростью, не соответствовавшей её преклонным летам.

Хансу Шнютце ничего не помогало. Время от времени сон продолжал ему снится. Сон не менялся. Он не сокращался и не увеличивался. Единственным действующим лицом в этом кошмаре оставался сам Шнютце. Страх и нервное ожидание превратилсь в его основные чувства. Ханс как обезумевший заяц бежал от собственной тени - своего ночного кошмара, и это бегство было его жизнью.

3

Хансу снилось, что ему нужно куда-то ехать на поезде. Он отчаянно спешит на вокзал: он не успевает, он чувствует, что опаздывает. Вот-вот его поезд уйдет, и он останется на вокзале: потный, расхлюстанный, посрамленный. Поезд уедет без него, и он не попадет в некий город, в который ему необходимо приехать с какой-то очень важной целью. Ему нужно срочно в этот город по служебным делам, это дело служебного долга, престижа ведомства, где он работает. Он сильно торопится, с каждой минутой осознавая: вот ещё одна минута прошла, а он все ещё не на перроне. Строгий голос сообщает ему, что его поезд отходит от такой-то платформы и от такого-то пути. Он ускоряет шаг, он уже бежит, протискивается через скопления многочисленных людей. Вот он уже на перроне. Но поезд набирает скорость, и номера вагонов мелькают у него перед глазами. Он со всех сил кидается вслед уходящему поезду и успевает вскочить в последний вагон, благо, что вход ещё был открыт.

Он радуется, что успел, что поезд не ушел без него и он теперь попадет в нужный ему город и выполнит поставленные перед ним задачи. Теперь-то он точно выполнит служебное поручение!.. Он не видит проводника: в тамбуре пусто. Вероятно, проводник занят каким-то важным делом. Он извлекает из кармана билет и видит, что нужный ему вагон далеко: где-то в середине состава. Он идет в поисках своего вагона. Но странное дело: людей в вагоне нет, вагон чист и пуст. Он решает, что этот вагон - прицепной. Этот вагон предназначен для пассажиров следующей станции...

Однако следующий вагон тоже пустой, но он продолжает думать про прицепные вагоны. Третий пустой вагон вызывает у него большое сомнение: неужели нужно столько прицепных вагонов для следующей станции?... Четвертый вагон девственно пуст. Наверное, это какая-то ошибка, недоразумение...

Он переходит в следующий вагон и к ужасу своему видит, что и он пуст. Пятый вагон не просто пуст. У него, как и у всех предыдущих, все окна закрыты, двери тоже закрыты. Наверное, так и поступают с прицепными вагонами, чтобы никто не пролез в поезд без билета и не проехал до следующей станции "зайцем". Но тогда как я попал в прицепной вагон? Почему двери последнего вагона были открыты?.. Эти мысли очень расстраивают его. Он предчувствует какую-то беду, какую-то неясную опасность, поджидающую его где-то рядом, стоит только ещё пройти вперед...

Его охватывает необъяснимый страх, и он бежит в следующий вагон. Он видит: и этот вагон пустой, и здесь никого нет. Страшная мысль приходит ему на ум: это совсем не тот поезд. Этот поезд, вероятно, идет в депо. Нужно пойти к машинисту и попросить его остановить поезд хотя бы в пригороде. В нужный ему город уже не успеть, - горько заключает он, - но нужно поспешить, может, удастся приобрести билет на следующий... Он бежит дальше. Он бежит сквозь пустые вагоны все быстрее и быстрее. Он боится, что неправильный поезд завезет его куда-то далеко, в незнакомую ему местность. Он бежит через вагоны: все они пусты, их окна и двери плотно закрыты. Одни и те же пустые вагоны. Он боится, что не успеет предупредить машиниста, и потому не останавливается...

Однако со временем он замечает нечто ужасное: число вагонов постоянно увеличивается, словно этот поезд не имеет начала. Он начинает считать пройденные им вагоны, но скоро сбивается со счета. Сколько вагонов в этом чудовищном поезде?.. Не-ет, нужно вернуться назад, в последний вагон. Он-то помнит: в последнем вагоне выход не заперт. Можно выпрыгнуть. Может быть, удастся остаться живым... Он возвращается назад, и перед его глазами пробегают все те же пустые вагоны...

Когда число вагонов становится неизмеримым, он сбивается со счета и отчаивается, но продолжает бежать дальше. Страх растет в его душе. Он где-то теряет свой портфель. В портфеле был сверток с едой и минеральная вода. Где-то, - он не замечает где, - он теряет шляпу, плащ, умудряется разбить наручные часы. Какое невезение, - думает он, - какое невезение...

Он не перестает бежать: все одни и те же пустые вагоны, и их не убавляется. Он устает. Вдруг его сковывает ужас. Он понимает, что последнего вагона в этом поезде не существует. Этот поезд состоит из бесконечного числа пустых вагонов. Тогда он пытается найти утерянное им: его начинает мучить голод и жажда... Он ничего не находит - он один в пустых вагонах. Он мечется среди безмолвных вагонов, кричит, обдирает руки, падает, плачет. Плотные шторы и двери не открываются. Тогда он наконец понимает, что попал в плен к чудовищному поезду. Нет спасения. Он будет метаться словно сумасшедший среди одинаковых вагонов до скончания дней, но будет находить в них одно и то же: пустоту, тишину, пыль, тусклый электрический свет, отупляющий стук колес, мерное гудение рельс, собственное безумие... И тогда он начинает истошно кричать - но крик не перекрывает монотонного шума поезда. Крик словно бы поглощается шумом, впитывается в пыльные стены и пропадает без остатка. Ужас гонит его дальше, но всюду встречает он пустоту нежилого замкнутого пространства...

Здесь Ханс Шнютце обычно просыпается. Он весь липкий от обильного пота. Сердце в груди дергается, губы пересохли и растрескались, во рту желчный горьковатый привкус. Ханс Шнютце ещё долгое время дрожит под одеялом, словно ему очень холодно. В первые минуты пробуждения он не может никак поверить, что это всего лишь сон и он закончился... Затем Ханс Шнютце встает. Идет нетвердой походкой в кухню. Там он наливает себе - руки его дрожат - стакан водки. Шнютце выпивает водку залпом: она обжигает горло, пылает в желудке, обволакивает мозг и тело нездоровым покоем - опьянение. Шнютце возращается в спальню, валится на влажную остывшую постель и засыпает уже без сновидений. Через два-три часа его поднимает будильник. Шнютце встает с тяжелой головой и зловонным дыханием. Его глаза воспалены, губы растрескались и сильно хочется пить. Шнютце не успевает позавтракать. Он спешит, плохо бреется, приходит на работу опоздавший и злой. На работе его постоянно тянет поспать. Он засыпает буквально на ходу, плохо соображает, морозит глупости, не понимает вопросов, не слышит ответов, говорит невпопад и не по теме. Он засыпает над бумагами в кабинете, сидя в уборной, стоя в коридоре с сигаретой во рту, в столовой, подняв сосиску вилкой. В эти дни Шнютце словно больной. Все вокруг тает словно в молочном тумане. На голову наваливается тугая невидимая подушка...