Он, наверное, искусный и требовательный любовник, и она не смогла бы его остановить…

Боже мой, да о чем она только думает? Изабель заставила себя немедленно выбросить из головы эти невероятные фантазии.

— Мне надо немного отдохнуть, — нерешительно проговорила она.

— Ну-ну, — усмехнувшись, ответил Дуглас.

Изабель резко повернулась и, споткнувшись обо что-то, почти бегом выскочила из комнаты. Дуглас пошел за ней.

— Ты хорошо себя чувствуешь?

— Мне показалось, что ты чем-то расстроена.

— Нет, я немножко устала, Дуглас. После родов прошло слишком мало времени. Мне лучше поспать.

Он привалился к косяку и, когда Изабель попыталась закрыть дверь, придержал низ ногой.

— Я хочу переодеться, Дуглас. И отдать тебе ремень, — напряженно проговорила она.

— А он валяется на полу вместе с полотенцами, которые изображали твой живот.

Изабель недоверчиво коснулась талии. Господи, она даже не заметила, как они вывалились!

— Ты не хочешь мне сказать, о чем думала минуту назад?

Изабель почувствовала, что краснеет.

— О… да о разном.

— О чем же именно?

— О лошадях, — ответила она первое, что пришло в голову. — О Минерве и Пегасе. Да, об арабском жеребце Пегасе и его подружке Минерве. Я разве не говорила тебе, как их зовут?

— Я слышал только одно имя — Пегас.

Изабель действительно хотелось, чтобы сейчас Дуглас оставил ее одну. Под его пристальным взглядом она чувствовала себя по-детски беспомощной.

— А как ты их окликаешь?

— Как придется, — потупившись, ответила Изабель. Дуглас медленно провел по ее щеке тыльной стороной ладони.

— Думаю, тебе следует кое-что знать. У меня слабость к женщинам с веснушками. Твои веснушки сводят меня с ума. — Он наклонился и быстро поцеловал ее в губы. — И у меня в голове бродят совершенно невозможные мысли. О тебе, — прошептал он.

У Изабель перехватило дыхание. Видимо, Дуглас эта почувствовал: подмигнув ей, он открыл дверь. Изабель оцепенело смотрела ему вслед, пока он не исчез па кухне. Она захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной. Боже, он все понял! Как она теперь будет смотреть ему в глаза?

Изабель охватил неподдельный ужас. Ей надо спасаться. Спасаться от него и от себя. Но как? Она не знала, а спрашивать об этом Дугласа, разумеется, не собиралась. Нет, надо запретить себе думать о нем!..

Она со стоном бросилась на кровать. Голову сверлила одна-единственная мысль.

Ему нравятся веснушки.

А еще ему нравились разные игры. За ужином Дуглас спросил, нет ли у нее колоды карт. Изабель кивнула, и он предложил сыграть в покер.

— А ты когда-нибудь играла… — Он назвал хорошо знакомую игру.

— О да! И у меня здорово получалось.

Итак, вызов брошен. Они успели сыграли пять раз, прежде чем Паркер потребовал покормить его. Вообще-то Изабель давно было пора спать — от усталости у нее глаза слипались, — но она настояла, чтобы Дуглас подсчитал ее проигрыш. Потом встала и, зевнув, заявила:

— Я расплачусь с тобой завтра вечером. Или отыграю долг в шахматы.

— Ты и в шахматах разбираешься?

— Сам увидишь.

Шахматы были его любимой игрой, он доказал это на следующий вечер. Дуглас побил ее в считанные секунды, выиграв несколько партий подряд. К концу недели Изабель задолжала ему уже больше тысячи долларов.

Тогда Дуглас поменял правила. Он предложил играть не на деньги, а на вопросы. Победитель вправе спросить о чём угодно, даже об очень личном, а проигравший обязан ответить совершенно честно и без утайки.

Внезапно мастерство Изабель резко повысилось, и Дуглас догадался о ее хитрости.

— Ты специально поддавалась, да?

— Некоторые мужчины любят выигрывать.

— Большинство, но только честно. А теперь давай-ка сразимся всерьез. Согласна?

— ответила Изабель. — Может, начнем счет сначала? Я и вчера нарочно проигрывала тебе.

Он разорвал лист бумаги с цифрами, потом протянул ей колоду карт. Изабель перетасовала ее с ловкостью, с какой это делают в салуне. Дуглас расхохотался.

— Ах ты, маленькая обманщица!

— Я игрок с большим стажем, — призналась Изабель.