– Мы должны получить санкцию на обыск в доме Бентона, – решил Крейг, – и проверить все его возможные связи. Возможно, что все так и случилось, как вы нам сказали. Многие люди не только в нашей стране, но и в других странах уже давно решили, что холодная война закончилась нашей победой. Может быть, это была наша самая большая ошибка.

– Может быть, – согласился Кершоу. Ему было приятно, что он сумел немного осадить этих гордецов из Лэнгли.

Ночь прошла спокойно. Утром Маляров действительно вызвал двух своих сотрудников, и на их машине они отправились в МУР. Ребята уже знали о вчерашнем взрыве машины своего начальника. Оба сочувственно кивали, но было заметно, что эта история их только веселит, и они с трудом скрывали свои смешки.

Несмотря на субботу, в управлении было много людей. Маляров поспешил к начальству на доклад. Всех интересовало, что именно вчера произошло. Сначала выбросили из дома труп неизвестного, затем сожгли машину Малярова. По управлению ходили разные слухи, подчас самые дикие. Воспользовавшись отсутствием хозяина кабинета, Караев сел за его стол и поднял трубку городского телефона. Он позвонил своей знакомой, работавший в бывшем ФАПСИ. Так называлось бывшее Федеральное агентство Правительственной связи и информации. Во времена КГБ это была отдельная служба, подчинявшаяся руководству Комитета государственной безопасности. После развала страны ее выделили в самостоятельную службу. Тогда растаскивали КГБ по частям, разделив разведку и контрразведку, выделив пограничные войска и убрав правительственную связь. Девятое управление КГБ, занимавшееся охраной правительства, было выделено в Федеральную службу охраны, в которой была и Служба безопасности президента.

Несколько лет назад, одиннадцатого марта две тысячи третьего года, решением Президента России ФАПСИ снова реорганизовали. Кроме двух главных управлений, оставшихся в подчинении ФСБ, остальные главки были переданы в Спецслужбу связи Федеральной службы охраны, которая и считались куратором подобных управлений.

Ирина Якушина была супругой подполковника Олега Якушина, погибшего в Чечне шесть лет назад. Когда-то молодой лейтенат Якушин работал под руководством полковника Караева. И они были знакомы уже много лет, дружили семьями. Якушин нелепо погиб – говорили, что это была случайная пуля. Но все, кто был на войне, прекрасно понимали, там не бывает «случайных» выстрелов. Его хоронили с воинскими почестями, и на похоронах были все его товарищи, включая Тимура Караева. Ирина работала тогда в Министерстве связи, но через некоторое время перешла на службу в ФАПСИ. К тому времени ее старший сын уже был офицером-пограничником, решив продолжать семейные традиции. А младший поступил на юридический факультет.

Тимур несколько раз бывал дома у Ирины, каждый раз поражаясь мужеству и силе воли этой женщины, сумевшей поднять двух сыновей. К этому времени она была уже начальником отдела в ФАПСИ. Именно ей он позвонил.

– Здравствуй, Ирина, – начал он, услышав ее голос и взглянув на часы. Половина десятого. Для субботы рановато. – Я вас не разбудил?

– Доброе утро, Тимур Аркадьевич, – услышал он знакомый голос Якушиной, – конечно, не разбудили. Вы же знаете, что мне всегда приятно слышать ваш голос.

– Как ребята? Саша звонит или, женившись, решил полностью отделить себя от вашего дружного коллектива? – Саша служил на Кавказе. Как раз на границе между Россией и Грузией, в тех самых местах, где погиб его отец.

– Звонит, – подтвердила Ирина, – скоро его супруга приедет к нам в Москву. Будет жить у меня. Они ждет ребенка, мальчика. Саша уже сказал, что назовет его именем отца.

– Молодец, – похвалил его Тимур, – а как младший?

– Женя у нас уже студент юридического. Стал серьезным и взрослым. Как-то сразу, в один день. Все мальчишеские игры вылетели из головы. Говорит, что ему действительно интересно на лекциях. Дай бог. Я этому так рада. У вас как дела? Как ваш сын Володя?

– Спасибо. Тоже хорошо, – односложно ответил Караев. Ему было стыдно вспоминать, что на прошлой неделе он ни разу не поговорил со своим сыном. – Я позвонил к тебе по делу, – негромко сообщил он.

– Я вас слушаю.

– У меня необычное дело, Ирина. Личного характера, но очень важное. Дело в том, что вчера из квартиры моего друга, Паши Слепцова, был сделан звонок. Его жена вызвала милицию, позвонила в дежурную часть по ноль два. Но кто-то перезвонил в УВД по линии правительственной связи и отменил этот вызов. Паша пропал, его жену чуть не убили. – Про себя он решил не говорить. – Можешь представить, как мы все переживаем. Мне нужно узнать, откуда звонили. С какого телефона и кто звонил. Ты сможешь мне помочь?

– Если вы назовете мне номер телефона, куда звонили, и время, то, думаю, что смогу.

– Звонили заместителю начальника УВД города. По линии правительственной связи. Примерно в полдень или чуть раньше. Может, часов в одиннадцать утра.

– Понимаю. Но, по-моему, вы путаете. У заместителя начальника УВД не может быть такого телефона. Они есть только у руководителей.

– Нет. Точно. Звонили заместителю начальника УВД города, чтобы тот отменил вызов.

– Сегодня суббота, – задумчиво сказала Ирина, – мне нужно будет поехать на службу. Хотя это сложно...

– Если так сложно, то не нужно... Я не хочу тебя подводить...

– Ничего. Я подумаю. Может, это был первый заместитель? У него есть такой телефон.

– Я не знаю. Если хочешь, я перезвоню к тебе минут через двадцать и сообщу номер телефона. Я его постараюсь узнать.

– Договорились, – решила Ирина, – я буду ждать вашего звонка. Не обещаю, что смогу помочь, но постараюсь. А Павел действительно пропал? – Она знала, что они дружат уже много лет.

– Нигде не можем найти, – подтвердил Караев. – Спасибо, Ирина. Я тебе перезвоню.