– Я ничего не забыл, Иван Иванович?

Ваня хлопает глазами. Так душевно говорили за жизнь, и вдруг - такой официоз!

– Кх-м... К-хе... Так я тогда пойду?
– Он растерянно застегивает пиджак.
– Пройдусь, да?

– Пройдитесь. Это будет нелишним...

– Пошли, Чернышка, пройдемся...

6 ноября 1986 г. Дома.

Были на дне рождения у тещи. Ирине Александровне - 60 лет. Я никогда и не знал, сколько ей. Не задумывался.

Орест Скарлато - директор Института Зоологии АН СССР за столом рассказал, как к нему в кабинет явился псих.

– Дайте мне двадцать академиков, и я организую институт долголетия.

Скарлато еще не знал, что это псих.

– Где же взять академиков?

– Это ваше дело. Мое дело предложить. Я сделаю так, что люди будут жить по двести-триста лет.

– Э-э... А-аа, - растерялся Скарлато.

На стенах кабинета висели портреты известных ученых прошлого.

– Я бы вот с ним хотел поговорить!
– псих ткнул пальцем в один из портретов.

– Так вы посмотрите даты... Он же умер!

– Это ничего. Сейчас наука многое может. Баллоны с газом подсоединить заговорит!

– Может, вы желаете осмотреть наш зоологический музей? Это рядом, вас проводят. Хотя нет, сегодня понедельник - выходной.

– Ну и что? Экспонаты-то на месте! Я бы посмотрел.

– Нет, знаете, по понедельникам их кормят. Лучше не мешать.

– А, ну это другое дело. Кормежка - святое. Значит, не дадите двадцать академиков?

– Вряд ли...

Другой гость, сотрудник Военно-морского музея Игорь Павлович, рассказал следующее. В Сингапуре адмиралу флота Горшкову подарили огромное чучело тигра. Он сдал его в Военно-морской музей. Чучело и по сей день там - в запасниках. Работники музея плетут небылицы новым сотрудникам и гостям, что это не тигр, а образец секретного боевого оружия ударно-психологического свойства. Стоит, дескать, как декорация, но по условной фразе включается на определенную волну, излучает глазами биополе и - глубокий летаргический обморок. Человека можно допрашивать в этом обмороке, и он все расскажет, а потом забудет.

Отдать чучело куда-нибудь боязно: вдруг адмирал вспомнит про подарок? Например, захочет поставить у себя на даче? Чучело пылится.

Скарлато, услышав эту историю, пообещал приложить все усилия, даже написать адмиралу, чтобы забрать тигра в свой музей. Благо, рядом, за углом.

14 ноября 1986г.

Ездил в Репино, в Дом творчества кинематографистов - на семинар кинофантастов.

На семинар я ездил как корреспондент "Авроры". Виделся с Вит. Бабенко и Эдиком Геворкяном. Геворкян или дурак, или меня считает дураком: полчаса рассказывал мне про цветное мороженое.

Смотрели с Ольгой два фильма: "Голод" (США) и про Джеймса Бонда "Шпион, которого я полюбила".

Первый - о вампире, с кровью и жутью. Но о чем по большому счету - не понял.

Второй - легкомысленный и дурковатый.

Когда мы растеряно выходили из кинозала после просмотра "Голода", мужчина артистической наружности с шейным платком и седыми волосами сказал глубокомысленно, обращаясь к своей молодой спутнице: "Это фильм о мужском одиночестве". Я мысленно крякнул. Силен мужик на домысливания.

Сегодня смотрел в Репино фильм "Письма мертвого человека". Авторы сценария - Б. Стругацкий и Слава Рыбаков, наш семинарист. Фильм сложный по форме и простой по содержанию. Режиссер - К.Лопушанский, из молодых. Много символики, требующей определенных знаний. Не могу сказать, что понравилось; скорее - необычно.

Геворкян, а затем и Ольга Ларионова сказали, что у меня бледно-зеленая аура, слабая и маленькая. Я, понятия не имея, что за штука - аура, перепугался и стал расспрашивать, не связано ли это с продолжительностью жизни и т.п. Они сказали, что прямой связи нет, аура - это энергия; я им не поверил, думал - успокаивают.

Откуда взяться сильной ауре у меня? С каких харчей и образа жизни? Логинов-Витман сказал, что у А. Смолярова аура черная, и он - вампир. Такие дела.

30 ноября 1986г.

Два дня провел на 8-й Конференции молодых писателей Северо-Запада, в семинаре В. Мусаханова и С. Лурье. Тот самый вальяжный Мусаханов, которого я встретил однажды поутру у Конецкого и принял за директора магазина. Оказался хорошим дядечкой. Обсуждали рукописи, говорили о литературе. Мою повесть хвалили, но советовали, "чтобы она стала настоящим шедевром", добавить то-то и то-то. Каждому хотелось что-нибудь добавить. Никто не предлагал сократить или выбросить что-нибудь. Это уже хорошо.

Девочка с филфака, автор нескольких одностраничных экзерсисов, выслушав фрагменты, которые я зачитывал, пожала плечами:

– А кому это может быть интересно? Никто из моих друзей с филфака, я думаю, читать бы не стали...

Девочка та интересная, характерная. В ее рассказиках: такси, любовь, цветы, пуссера (джемпер такой), танкеры (куртка такая), дискотеки, усы, длинные вьющиеся волосы (у мужчин). Рассказывая о себе, не забыла сказать, что ее бабушка - художница, а писать она начала по совету бабушкиной подруги - писательницы (она назвала незнакомую мне фамилию).