– Да. Туббо Гилберт увидит отчет Стенджа и сообщит Компании, что я либо ничего не знаю, либо предпочитаю помалкивать. А из утренних газет они узнают, что я не делал никаких заявлений в печати. Так что если мне удастся продержаться эту ночь, со мной, возможно, все будет в порядке.

Салли взяла меня под руку и села очень близко ко мне.

– А мы просто останемся вдвоем в этой маленькой уютной квартирке лишь ты и я. Ты уже поужинал?

– Нет.

– Я уже проверила твой холодильник. У тебя

есть только яйца, пиво и полбуханки хлеба. Здесь есть какая-нибудь ночная лавка, чтобы я могла незаметно выскользнуть и...

– Знаешь, Элен, чего бы я хотел? Помнишь, какие завтраки ты мне готовила? Никто не умеет приготовить омлет вкуснее, чем Салли Рэнд.

– Ты прав. Конечно, это не совсем то, чем я знаменита, но ты прав.

Вскоре Салли подала на стол большую пышную яичницу: половину она положила мне, половину - себе, причем моя половина оказалась большей. Она поджарила хлеб и даже умудрилась выкопать откуда-то немного масла. Мы попивали пиво из стаканов. Это было прекрасно.

Мы уже почти поели, когда я ее спросил:

– Элен, черт возьми, а что ты тут делаешь? Я видел твои сумки возле спальни, когда вошел.

Салли продолжала есть. Помолчав, дожевывая кусок омлета, она произнесла:

– Я потерпела провал.

– Что?

– Полный крах. Скоро об этом сообщат газеты.

– Это нелепо. Ты же одна из лучших танцовщиц ночных клубов в стране. Она кивнула.

– Следующая после Софи Такер и Гарри Ричмана. И я никогда не участвую в водевилях и непристойных сценах.

– Так что же случилось?

Салли вздернула голову вызывающим движением, но выражение ее лица было задумчивым, а глаза неспокойными.

– Наверное, я слишком задирала нос.

– Элен, в твоем бизнесе нельзя держать нос опущенным.

Она тоскливо улыбнулась.

– Тебе не стоит принимать моего предложения сразу же и соглашаться стать моим деловым партнером. Ты еще более консервативен, чем я. Тебе следует остановить меня.

– В каком деле?

– Останови меня, чтобы я не переборщила. Может, ты слышал, я подготовила вещь под названием "Обнаженные на ранчо Салли Рэнд". Мы показывали ее на выставках в Сан-Диего и Форт-Уэрте. И везде был потрясающий успех. А потом была выставка Сан-Франциско - та самая, которая пыталась соперничать со Всемирной нью-йоркской выставкой. И ты знаешь, я почувствовала себя опустошенной. Первоклассные костюмы, освещение, сценарий, работа... За свои деньги я построила павильон, чтобы показывать в нем мое шоу. Я наняла сорок девушек. Я перенапряглась.

– Это с кем угодно может случиться.

Салли покачала головой.

– Я никогда не представляла, что это может произойти со мной. Ты же знаешь, что у меня репутация расчетливой деловой женщины. Я со своим шоу заработала больше трех миллионов баксов за последние шесть лет. Еще не так давно я зарабатывала по сорок пять сотен в неделю.

Ее недельный заработок равнялся примерно годовому доходу большого числа людей. И конечно, за такие деньги могли и убить. А теперь Салли сидела у меня совершенно разбитая.

Мы уже поели, но оставались за столом. Огни города проникали в комнату сквозь запыленное окно. Она отодвинула тарелки в сторону, наклонилась вперед и взяла мои руки в свои.

– Мне пришлось отпустить девушек, - проговорила она, как бы извиняясь перед ними в разговоре со мной.
– Я должна начинать все с начала - одна. И для меня самым подходящим местом является Чикаго. У меня есть нужные связи, и я думаю, что без труда подыщу себе подходящий клуб. Но я даже не могу себе позволить снять комнату, пока не разберусь со всеми делами.

– И ты подумала обо мне...

– Я подумала о тебе. В Париже я жила с одной из своих хористок вместе в комнате, но уж так получилось, что теперь у нее завелся ухажер. Мне это все напоминает лето: помнишь, тебе приходилось спать в своей конторе на раскладушке. А иногда ты спал со мной - на моей шикарной круглой кровати в моей квартире в Дрейке. Я подумала, может, ты захочешь отплатить мне за мою любезность.

Я кивнул на маленькую гостиную.

– Конечно, это не твои апартаменты в Дрейке.

– Нет, но это вполне подойдет, спасибо. Похоже твои дела идут неплохо, Нат? Бизнес процветает?

– Все в порядке. Разумеется, я не получаю сорока пяти сотен в неделю за свои танцы, но...

– Я сейчас вообще ничего не получаю. И, возможно, я и не смогу больше зарабатывать. Я же не выступала в своем ревю.

– Ты хочешь сказать, что Салли Рэнд не принимала участия в "Обнаженных на ранчо Салли Рэнд"?

– Нет. Я была постановщиком, режиссером и, разумеется, финансистом. Но я не участвовала в ревю. Я старею.