Заметив, как Митч пытается схватить Эллери за руку. Куртис резко отбросил его кулаком в сторону.

– Не прикасайся к нему! – крикнул он. – Тебя тоже ударит током.

Отчаянно пытаясь отцепиться от ключа. Виллис Эллери жалобно стонал.

– Пож-а-а-луй-ста! – умолял он рыдающим голосом. – Помогите мне-е-е!

– Нужно найти какой-нибудь изолятор, чтобы отодрать его, – сказал Куртис. – Швабру или длинную веревку. Быстрее!

Примчавшись на кухню, он быстро огляделся вокруг. На глаза не попадалось ничего подходящего. И тут его осенило – кухонный стол! Скинув все, что было на крышке, на пол, он крикнул Митчу:

– Давай сюда, возьмем вот это.

– Премного благодарен, – проворчал Марта Бирнбаум. – Я только что разложил здесь все инструменты.

Не обращая на него внимания, Куртис и Митч схватили стол и вынесли его в коридор. Эллери – наконец-то сообразивший, что случилось, – продолжал исполнять пляску святого Витта. В воздухе уже чувствовалась неприятная вонь, напоминавшая запах паленых волос в парикмахерской. Куртис поставил стол на ребро.

– Дави на него сбоку крышкой стола, – приказал он, – и оттирай, как загонщик коров.

Взяв стол за ножки, они сильно надавили им на дергавшегося в конвульсиях Виллиса Эллери, пытаясь оторвать того от электрокабеля. Как только Эллери смог разжать ладони и отпустить ключ, он по-звериному замычал от боли, а из большого пальца у него на руке полоснула ярко-синяя вспышка, молнией ударившая в ковровое покрытие и оставившая за собой едкий запах. После столь длительного пребывания под электрическим током Эллери совсем лишился сил, от толчка он отлетел к противоположной стене коридора и, ударившись о нее, свалился без сознания на пол.

К нему мгновенно подскочил Куртис. Профессиональным борцовским приемом перевернул на спину, быстро расстегнул рубаху и приложил ухо к груди.

– Он мертв? – спросила Элен.

Оседлав бедро Эллери, Куртис ничего не ответил, а лишь, положив ладони одну на другую и прижав локти, принялся толчками давить сбоку на сердце Эллери, стараясь попасть в такт дыханию, чтобы разогнать кровь и обеспечить нормальную работу головного мозга.

– Элен, – отрывисто бросил он, – проверьте, как там Нат. Дженни! Принесите одеяло, скатерть, что угодно, чтобы укрыть этого человека. Митч, свяжитесь с Ричардсоном по «уоки-токи» и сообщите ему, что случилось.

Проделав искусственное дыхание еще несколько минут. Куртис наклонился к груди Виллиса Эллери, проверяя, бьется ли сердце. Не услышав даже слабых его стуков, он принялся расстегивать на Эллери залитые мочой брюки. Вернулась Дженни со скатертью.

– Положите это пока сюда, – хрипло выкрикнул он, – и прижмите его бедренную артерию.

Он продолжал делать искусственное дыхание. Тем временем Дженни сняла с Эллери брюки. Не обращая внимания на запах мочи, она откинула мошонку и надавила пальцами на пах.

– Вы ощущаете там что-нибудь? – спросил Куртис. – Чувствуется кровоток, когда я давлю ему на грудь?

– Да, – ответила она после секундной паузы. – Я чувствую давление в артерии.

– Тогда все нормально. А что там возится этот засранец Бич? Ему уже удалось найти способ отключить этого сукиного сына?

Куртис опять наклонился к груди Эллери и прислушался к стуку сердца. На этот раз сердце, хоть и слабо, но билось. Труднее было восстановить дыхание – от электрошока были парализованы дыхательные мускулы.

– Теперь можете оставить его пах в покое, – разрешил он Дженни. – А вы поговорили с Натом? – спросил он Элен. И не дождавшись ответа, встал рядом с Эллери на колени, зажал тому нос и начал делать искусственное дыхание способом «рот в рот».

– С Натом пока все в порядке, – сообщила Элен. – Вода уже поднялась до пояса и продолжает прибывать, но с ним все о кей.

Занятый искусственным дыханием, Куртис не мог ей ответить, да и особо сказать ему было нечего. А про себя он подумал, что никаких свежих идей в башке у него больше не было и никаких вариантов он придумать не мог. Вся надежда была сейчас на Бича.

Прошло уже десять минут, а привести Эллери в сознание никак не удавалось. Еще начинающим патрульным Куртис усвоил, что жертвы часто погибают из-за того, что те, кто пытается их оживить, слишком суетятся и спешат. Он понимал, что надо просто продолжать начатое, хотя уже здорово устал и понимал, что нужна чья-нибудь помощь.

Между двумя очередными вдохами в поврежденные легкие Эллери Куртис спросил у Дженни, не может ли она его на время подменить. Укрыв Эллери скатертью, она взглянула на Куртиса сквозь слезы и согласно кивнула.